Фенёк

— Хм…

— Ты, Серёга, просто пуганный, но на воду не дуй, не надо. То, что случилось с Мариной, сам знаешь, стечение обстоятельств какое-то… не ищи болячки в детях.

— Да, Марго, ты права, как всегда.

— Как Марина?

— Всё так же. Хотя бы не хуже… не сильно хуже, во всяком случае. В санаторий завтра повезу, желудок там… а то она у меня, пока голову лечит, от гастрита какого-нибудь помрёт. Пусть воздухом подышит, физкультура там лечебная, бассейн. Двигаться ей надо, а она, как Юлька уехала, считай с постели не встаёт… и не ест. Прихожу с работы, заставляю себя кормить, глядишь, и сама поест, потом гулять тащу, так она еще и обижается, засранка такая, — тепло улыбнулся. — А с проверкой этой я дома только к ночи буду появляться. В санатории и присмотр, и движуха, там даже танцы есть.

— Да ты что? Танцы? Смотри, наставит тебе рога.

— Может и наставит, лишь бы на пользу, — улыбнулся, как всегда широко, демонстрируя ряд ровных зубов и пресловутую ямочку на щеке, зная, что Марго прекрасно видит, что скрывается за улыбками и беззаботностью руководителя и друга.

= 4 =

Проверка, плановая, но требующая времени и сил, плавно подходила к концу. Сергей, со своей стороны, предпринял всё возможное и, пожалуй, невозможное тоже, чтобы всё прошло «без сучка, без задоринки».

Аксинья разговаривала с проверяющими на языке цифр, отвечала быстро, предоставляла документы немедленно, чётко, по-деловому и профессионально. Правда, острые моменты ей не всегда удавалось обойти, но это с лихвой сглаживал Сергей, в душе радуясь, что Ксюша отлично владеет информацией, а некоторая некоммуникабельность не так и важна.

Сергей посмотрел на сидевшую за столом девушку и отметил неестественно бледный цвет лица и синеву под глазами. Ксюша нервно стучала карандашом по поверхности из дорогостоящего шпона, и вздыхала.

— Всё отлично, Ксюш, не дёргайся.

— Я не дёргаюсь… — нервно качнулась нога.

— Аксинья, — Сергей попытался успокоить дергающийся карандаш.

За это время он заметил, что любые варианты имени Ксения, кроме «Ксюша», нервировали временно исполняющего обязанности Маргариты Петровны.

К полному имени Ксюша тоже была благосклонна, хотя и затруднялась сказать, в честь кого или чего её так назвали. Если и были казаки в роду девушки, она об этом не знала.

— Всё отлично, ты справилась, молодец.

— Откуда вы знаете? — глянула с подозрением.

— Ксюш, обижаешь, — он развёл руки в демонстративном жесте, — с завтра даю тебе пару выходных, отсыпайся, отъедайся, сходи позагорай. Жара на улице, а ты бледненькая.

— Ох, — нервно вздохнула.

— Говорю же, всё отлично будет.

В это время в кабинет зашли пара «проверяющих» и, официально сообщив, что уведомление о результатах пришлют позже, но претензий не имеют, поспешили ретироваться.