Фея придёт под новый год

Маяк мигнул желтым глазом и разгорелся ещё сильнее.

По сходням вразвалку сошел капитан, заметил меня и сурово произнёс:

— А вы что тут расселись, барышня? Здесь вам не столица. Мигом отправляйтесь домой, иначе найдете приключений на свою… голову, — он замялся на секунду, подыскивая более приличное слово.

— Меня не встретили, — сказала я, стараясь, чтобы голос прозвучал как можно жалобнее. — Вы не подскажете, где здесь недорогая гостиница? Наверное, за мной приедут завтра…

— Идите по набережной, — махнул рукой капитан, глядя на меня с неодобрением, — на повороте будет трактир мамаши Пуляр, там можно переночевать юной девице. Поторопитесь. Пристань ночью — место опасное.

— Да, конечно, — прошептала я, вставая.

Землю под моими ногами опять повело, но я сделала шаг, другой и поплелась в указанном направлении.

Фонари вдоль набережной не горели, и жилых домов тут почти не было. А те, что были — больше походили на сарайчики и стояли глухой стеной к морю. Слева от меня чернели стены домов, справа колыхалось море — такое же черное, а между этими темными пятнами пролегала белая дорожка — снегопад все усиливался, и я то и дело смахивала с ресниц налипшие снежинки. Отдохнуть, а потом — на поиски работы… Но сначала — отдохнуть… Поесть и выспаться в постели. И помыться, если совсем мечтать.

Плеск воды и тихие мужские голоса, доносившиеся откуда-то снизу, заставили меня замереть.

— Лодку держи, — расслышала я низкий, рокочущий голос — так мог бы говорить лев, если бы обрел дар человеческой речи. — Давай сюда…

Я поспешно отступила в тень дома, потому что прямо на деревянные доски улицы вылез мужчина, тащивший большой мешок. Мужчина швырнул его на землю, а сам исчез внизу. Я хотела уйти, но в это время мужчина появился опять — с другим мешком.

Вряд ли мужчина хотел, чтобы его видели. Иначе причалил бы у пристани, где горели фонари, и не надо было возиться в темноте.

Прижавшись к стене, я постаралась стать такой же незаметной, как чёрный покосившийся дом. Мужчина принес уже третий мешок, и до меня донесся слабый, но такой знакомый аромат пряностей — это был черный перец. Душистый и дорогой товар. Монополия на торговлю перцем принадлежала королевской корпорации, а значит, передо мной был контрабандист. И вряд ли он обрадуется, если обнаружит свидетеля, пусть и случайного.

Я стояла, затаив дыхание. Рано или поздно, мужчина уйдет. Надо только подождать. Что-то мягкое прижалось к моей ноге… Крыса?! Я еле сдержала крик, но это оказалась не крыса, а кошка. Кошка подошла ко мне и тёрлась, выпрашивая ласки. Очень не вовремя!

— Приятно работать с вами, господин де Синд, — раздался другой голос — дребезжащий, резкий, в котором чувствовались и заискивание, и ехидца. — Всё ровненько, по плану… С вас триста солидов.