Фея придёт под новый год

Любовница короля… Знали бы они, на что походила жизнь графини Слейтер. Вернее, невесты графа Слейтера, потому что побыть его женой я успела всего один день.

Я с жадностью вдохнула солоноватый морской воздух, пропитанный запахом водорослей, и отвернулась от берега. Пусть там остаётся прежняя жизнь, а я пойду к новой жизни. И даже призрак мужа не заставит меня дрогнуть. Я всё делаю правильно. И на этот раз удача будет на моей стороне. Достав лепёшку, я принялась медленно есть, глядя вперёд, в бескрайнюю даль, где вода сливалась с небом — голубая и нежно-розовая, в бирюзовых переливах и белых барашках пены.

Теперь я свободна. Свободна!..

Рыжая кошка бесшумно вышла из-за бухты троса и покралась ко мне на мягких лапках, принюхиваясь и заранее облизываясь. Понятно, что рыжая попрошайка рассчитывала получить немного вкусной лепешки. Я отщипнула кусочек и положила на ладонь, поднеся руку к хитрой кошачьей мордочке.

— Когда мы прибудем в Монтроз? — спросила женщина из пассажиров у проходившего мимо капитана.

— Не будем загадывать, мамаша, — ответил тот уклончиво, — чтобы не спугнуть фею-удачу. А это что такое?!

Я вздрогнула, потому что его возглас относился именно ко мне. Кусочек лепешки упал на палубу, а кошка рыжей стрелой метнулась к сложенным тросам — прятаться, но была поймана юнгой и поднята за шкирку. Кошка отчаянно мяукала, сучила лапками и царапалась, стараясь вырваться.

— Вы как посмели притащить с собой зверюгу, барышня? — сделал мне строгое внушение капитан. — Ещё бы козу с собой приволокли, — и коротко скомандовал: — Кошку — за борт.

— Подождите! — вскочила я, когда юнга уже замахнулся, чтобы швырнуть кошку в воду. — Какая жестокость! Чем виновато бедное животное? Отдайте, — я отобрала кошку, и она сразу нырнула под моё пальто, ища защиты. — Кошка — не моя, — сердито обратилась я к капитану. — Но выбрасывать за борт, на верную смерть, живое существо…

— Ценю вашу доброту, — ответил он, — но не вам потом выскребать котят из всех закоулков. К тому же, — он попытался смягчить шуткой свой жестокий приказ, — так всегда поступают с безбилетными пассажирами.

— Она никому не помешает, — настаивала я, поглаживая дрожащую кошку через ткань верхней одежды. — Я буду смотреть за ней, и видно, что у нее не будет котят в ближайшие две недели.

— А проезд за нее оплатите? — вмешался один из матросов, изображая улыбку и показывая на всеобщее обозрение кривоватые желтые зубы.

— Если потребуется, то оплачу, — сказала я твердо, хотя мысленно ужаснулась, вычитая из своей скудной копилки цену на билет.

— Не надо, — бросил капитан. — Только держите свою кошку при себе, барышня. Замечу, что она шныряет по кораблю — сразу полетит за борт.

— Спасибо, — поблагодарила я, возвращаясь на место.