Федор Годунов. Стылый ветер

По дороге от городских ворот к детинцу он вновь поручился за Якима и теперь оглядывался по сторонам, в тщетной попытке разглядеть своего побратима. — Со своими людьми до утра у складов встанешь. Вроде грабить их, пока, не собираются, — покосился я на продолжающуюся расправу над мародёрами, — но так оно надёжнее будет. А ты, Василий Григорьевич, собери хоть часть копейщиков Глеба и Кривоноса и в дом воеводы въезжай. Раз я второго воеводы на пожаре не вижу, будем власть в городе в свои руки брать.

— Сделаю, — кивнул мне боярин. — А Якима здесь нет, — оглянулся он на атамана. — Так-то!

Порохня промолчал. Только желваки на скулах заиграли.

— Ладно, дядько Данила, — оглянулся я на атамана. — Чего уж теперь. Завтра вместе соберёмся и думать будем, как дальше поступить. И чего от Подопригоры теперь ожидать, тоже обсудим.

Обратно домой я с друзьями вернулся уже под утро, когда над домами чуть высунулся краешек солнечного диска, густо напитав облака на горизонте тёмно-багряными красками. Ввалились наощупь сквозь тёмные сени в комнату, замерли у двери, вслушиваясь в царивший в доме сумрак."

"— Кто здесь⁈ — выдохнул Тараско Малой, оттесняя меня плечом в сторону двери.

Характерно стукнуло кремнием о кресало. Вспыхнувший огонёк робко раздвинул тьму в стороны, осветив склонившееся над лучиной лицо.

— Подопригора! — выдохнул Мохина, со скрежетом потянув саблю из ножен. — Тараско, к выходу с Фёдором пробивайтесь!

Ага, пробивайтесь. Раз кроме Якима в доме никого нет, значит его люди во дворе затаились. И сейчас, когда ловушка захлопнулась, наверняка нас возле двери поджидают. Уж лучше дверь чем-нибудь подпереть, да в осаду сесть. Может кто, услышав крики и звон оружия, на помощь прийти успеет. Вот только ещё и с Подопригорой как-то справится надо.

— Охолони, Мохина. Нет здесь больше никого. Один я. Весь отряд в слободе дожидается.

— А что так?

Не скажу, что я Якиму на слово поверил. Но не зря же он один нас в доме дожидался. Могли же просто в сенях подстеречь и всей толпой сразу набросится. Выходит, Яким о чём-то хочет договориться. Значит, есть вариант без поножовщины обойтись. Так почему бы и нет? Глотки друг другу резать, мы всегда начать успеем. Тем более, что резать, если что, будут скорее всего нам, а не наоборот.

— Поговорить хочу, — ожидаемо ответил Подопригора. — Вот только они знают? — со значением поинтересовался он, мотнув головой в сторону моих друзей. — Или нам лучше с глазу на глаз беседу вести?

— Ишь шустрый какой; с глазу на глаз! — возмутился Мохина. — Да что тут думать, Фёдор! Режем его, а потом из дома попробуем пробиться!

— Погоди, Петро. За сабли схватится, мы всегда успеем, — я отодвинул плечом Тараску и сел на лавку возле стола. — Знают. Говори, что хотел.