Фаворитка императора

Носимый под сердцем ребенок запрещал ей подобное безумство.

Она различила темную фигуру всадника, но узнать его не смогла. Он выглядел высоким и мощным. Впрочем, с такого расстояния нельзя было рассмотреть детали. В одном она была уверена: это не Маттео Дамиани, тем более не Ринальдо или кто-нибудь из конюхов. В одно мгновение лошадь и всадник пересекли лужайку и погрузились в гущу деревьев, где мерный стук копыт стал затихать и вскоре исчез. Но у Марианны было достаточно времени, чтобы прийти в восхищение от безукоризненной посадки всадника, черного призрака на ослепительной белизне, словно слитого воедино с благородным животным. Неукротимый Ильдерим признавал в нем своего хозяина.

И тут ее осенило, и пришедшая в голову мысль вызвала такое волнение, что, не в силах дождаться утра, чтобы подтвердить ее, она бросилась к сонетке у изголовья кровати и стала так ее дергать, будто дело шло о жизни и смерти. Через несколько секунд донна Лавиния в кофте и чепчике с завязками была в комнате, заметно испуганная и, без сомнения, опасавшаяся худшего. Увидев Марианну спокойно стоящей, она с облегчением вздохнула.

– Видит Бог, как я испугалась! Я подумала, что госпожа княгиня заболела и что…

– Не волнуйтесь, донна Лавиния, со мной все в порядке. Поверьте, я глубоко огорчена, разбудив вас, но я хочу, чтобы вы ответили на один вопрос… чтобы вы ответили на него сейчас же… и без обиняков!

Шандал в руке экономки так закачался, что она вынуждена была поставить его на стол.

– Какой вопрос, госпожа?

Марианна указала на распахнутое окно, перед которым она стояла, затем устремила повелительный взгляд на лицо донны Лавинии, превратившееся при лунном свете в гипсовую маску.

– Вы прекрасно знаете, какой вопрос, иначе не побледнели бы так! Кто тот человек, которого я только что видела промчавшимся на лошади через лужайку?.. Под ним был Ильдерим, на спине которого я еще никогда никого не видела. Ну, отвечайте! Кто он?

Бедная женщина едва держалась на ногах, и ей пришлось опереться о спинку кресла, чтобы не упасть, но Марианна подошла к ней, положила руку на плечо и безжалостно повторила по слогам:

Глубоким вздохом облегчения Марианна освободила стесненную грудь. Она не была удивлена. С тех пор как она увидела неясную фигуру всадника, она ждала, что получит ответ, однако он пробудил в ней целый ряд новых вопросов. Но донна Лавиния, полностью обессилев, вопреки всякому протоколу рухнула в кресло и, спрятав лицо в руках, залилась слезами.

Почувствовав угрызения совести, Марианна моментально опустилась перед нею на колени и стала утешать:

– Успокойтесь, донна Лавиния! Я не хотела огорчить вас своими расспросами.