Фатальная ошибка опера Федотова (СИ)

Потрахаться сладко, а чего бы нет?

А вот дальше уже можно и обретенное преимущество использовать…

И я хорош, урод.

Ворота раскрыл, заходи, кто хочет!

Но кто же знал, что она до сих пор ни с кем… Что меня ждала? Ждала ведь! Не верю, что за все время учебы у нее не было возможности! Только если все вокруг внезапно ослепли и с ума сошли. Но это тухлый вариант.

Я видел, как Захарова влияет на мужиков, у ста процентов начинают непроизвольно течь слюни же! При одном только взгляде!

Если б захотела, то давно бы уже все получила. И даже больше. Но не хотела. Меня хотела, дрянь упертая.

Вот как тогда, еще в восемнадцать, проявила себя, так и перла, стиснув зубы, к цели.

Ну хорошо, доперла… А дальше что? Почему тормознула? Почему нахуй послала? После такого упорства? Что случилось-то? Неужели Сомяра прав? Неужели тупо обиделась? А мне что делать?

Вот конкретно сейчас что делать-то?

Невозможно же смотреть!"

"Сверху мне прекрасно видна вся компания. И Захарова, с ее светлыми волнистыми волосами, в строгой блузе, охренительно обтягивающей грудь, словно яркая звездочка в мельтешении пустых огней.

Оторвать взгляд нереально.

За моей спиной что-то происходит. Кажется, Солнечный-старший чем-то недоволен и сейчас жестко отчитывает своего подчиненного. Игореха стоит возле меня, судя по всему, пытаясь контролировать, чтоб башню окончательно не снесло, и цедит вискарик.

А я смотрю, как Захарова кокетничает с Карасем. И изо всех сил пытаюсь себя убедить, что это не мое дело.

Что это — ее выбор.

И что я — не тупой неандерталец, один раз переспавший с бабой и решивший, что она теперь ему принадлежит.

Я — нормальный, самодостаточный мужик, и не собираюсь до такой степени сходить с ума, чтоб идти вниз и выяснять у вполне нормально и спокойно сидящих людей, какого хера один из них тискает женщину. Чужую женщину. Не мою. Не мою, блять!

— Сергей пусть зайдет, — холодный голос Солнечного звучит фоном. Похоже, кадровая чистка в разгаре.

Наверно, такие братишки, застрявшие намертво в девяностых, тут не должны появляться, очень уж заведение специфическое… И, похоже, одно из самых лучших в городе, потому появиться тут престижно. Вот эта разношерстная компания и приплелась сюда. Но вообще странно: я понимаю, почему Карась сидит с депутатом Вагоновым, там, похоже, рука руку моет. Но что тут еще один участник банкета делает? Кто он  такой?

— Их выставят, что ли? — спрашиваю я у Игорехи, но больше для порядка, чем из интереса.

— Нет, скорее всего, — пожимает плечами Игореха, — просто будут приглядывать. Ну и Витька, конечно, пистон словит. И Серега, начальник охраны, тоже… Кто-то из них проморгал. Отец этого так не оставит…

За спиной начинается жесткая разборка, но интонации не нервные, а мерзлые.