Фартовый город

Тащатся за сто верст до Мариуполя, где уже помещают товар на морские пароходы. Для всех подобных работ требуется много временного народа, на сезон. А среди них, как водится, есть и отчаянные.

— Понятно, — вздохнул коллежский советник. — По Нахичевани у вас все, Яков Николаевич?

— Нет, Алексей Николаевич, есть новые интересные сведения, — спокойно ответил Блажков.

— Валяйте.

— В городе появилась банда. Называет себя Чертов отряд. Состоит из беглых стодесятников.

Лыков ругнулся. Только этого не хватало! Стодесятники были новым явлением в русском преступном мире. Так называли военных, осужденных за преступления по службе согласно пункту 11 °Cвода военных постановлений. В основном это были бунтовщики, замешанные в восстаниях последних двух лет. Счет им шел на тысячи, бывшие солдаты наводнили тюрьмы Сибири и Забайкалья, где схлестнулись с «иванами». Крупные преступники десятилетиями терроризировали каторжную шпанку, рядовых арестантов: отбирали еду и деньги, заставляли отрабатывать вместо себя тяжелые уроки[8]. Кто противился, того убивали. И вдруг в бараках появились новые люди, сплоченные, не желающие подчиняться «иванам», и их стало много. Началась кровавая война, с потерями с обеих сторон. А когда стодесятники начали массово бежать с каторги, в городах на их пути резко выросло количество преступлений против личности.

— М-да… Состав банды известен?

— В общих чертах.

— Доложите. Сколько хоть их?

— С десяток, точное число пока непонятно.

— Откуда они свалились? Кто главарь?

Блажков впервые заглянул в бумаги:

— Какой-то Прокопий Цецохо. Я навел справку: он служил в Воронежском дисциплинарном батальоне, когда там произошел бунт. Как заводила получил десять лет каторги, откуда и сбежал в марте. Теперь, значит, до нас добрался, сволочь.

— А другие?

— Банда разномастная, всякой твари по паре. Есть двое или трое русских, пара греков и армяне в придачу. Так что они со всеми могут договориться. А еще бывшие солдаты, знают, за какой конец держать винтовку. Плохо наше дело…

— И греки есть? — оживился Лыков. У него появилась одна мысль.

— Точно так. Даже фамилии известны: один Папаяниди, а второй Добудогло. Нездешние. Говорят, что родом не то из Мариуполя, не то из Ейского укрепления.

— Внутреннюю агентуру на этот Чертов отряд вы уже ориентировали?

— Так точно. Агентура и сообщила общие сведения. Но только общие. Местоположение банды пока установить не удалось.

— А на что они живут?

— Пришли уже с деньгами, где-то по дороге хорошо хапнули. Но скоро сорга кончится, начнут хищничать. Надо бы их до этого взять.

— А почему я слышу об этом в первый раз? — неожиданно возмутился Липко.