Невеста фараона

Маленькие кабинки, которые взмывают вверх и плавно опускаются вниз. Лавки, где можно купить одежду, утварь и вообще, все что пожелаешь! И игрушки! Я замерла у большого стекла, за которым продавец красиво разложил свой товар: ненастоящих, очень милых зверюшек и ужасно страшных подобий людей. Романов проследил за моим взглядом и проговорил страшным голосом:

— Это ты еще Монстр Хай не видела. У меня сестра их собирает. Жуткое зрелище.

Монстр Хай, кем бы он ни был, меня не интересовал. Мне нравились мягкие милые игрушки. Которые хочется прижать к сердцу.

— Держи, — Романов протянул мне большого фиолетового зайца с розовыми ушами, — Как ты его назовешь?

— Хм… Касаш.

— Ты так хитро улыбаешься. В чем подвох?

Я пожала плечами и потерлась носом о мягкий розовый заячий носик. Игнатов ожидаемо сглотнул. Он не знал, конечно, но должен был почувствовать. Все-таки я жрица Танеферт, а не просто плохая пловчиха Измайлова.

— Разгадаешь тайну имени и поймешь, — я пошла из лавки, поглаживая зайчика по ушкам.

— Эй! А без ребусов нельзя?"

"Я отрицательно помотала головой и усмехнулась. Развлекайся, Романов. Напряги сердце. Я уже решила отправиться домой. С Романовым весело, но я не собиралась начинать с ним отношения. Мне казалось это неправильным. Ведь я не Даша. А Даша этого парня терпеть не может. Хотя на мой взгляд и зря. А вот сам Романов, похоже, очень даже собирался чего-то со мной начать. Может быть, ему наложница Олеся надоела. Наверное, сегодня в бассейне до него, наконец, дошло, какой опасности он себя подвергал все это время, доверившись такой несдержанной девице.

— Даш, — он нагнал меня и пошел в ногу, — Давай в кино, а?

Надеюсь, он ничего неприличного не предложил. На всякий случай я отказалась. Потом гляну, что такое кино. И отомщу, если гадость какая-нибудь.

И тут я замерла. В этом мире знают толк в красоте. За витриной переливались и искрились с десяток белых платьев, расшитых золотом, серебром и камнями. В груди сжалось. Я вспомнила свой первый прием в доме отца, когда выступала в роли хозяйки. Мое платье: струящееся, белое, расшитое серебряными лотосами, с разрезами по бокам и воздушными рукавами.

— Нравится? — догадался Романов.

Я кивнула. Противиться такой красоте невозможно.

— Хочешь примерить?

— Это ведь какие-то особенные платья…

Я подняла глаза чуть выше и прочла надпись над витриной «Свадебный салон Галатея».

— Свадебные?

В этом мире красивые белые платья надевают только на свадьбу? Очень жаль. Всего раз в жизни. Ну, или несколько, если не повезет.

— Да ладно тебе, — Романов потянул меня к стеклянным дверям, — Девчонки затариваются тут и для выпускного. Ну и вообще, для всяких торжеств. Здесь разные платья. Идем.

Ему-то это зачем? Но я слишком легко дала себя уговорить.