Фарамунд

Одно дело нагнуть сильного противника, другое — глумиться над слабым, выказывая свою мощь.

— Кто ты? Откуда караван?

Человек низко поклонился, лицо уткнулось в конскую гриву. Когда он поднял голову, в глазах были страх и безумная надежда.

— Меня зовут Исаак, доблестный воин. Иду из Багдада. Я купец, это мой караван...

— Рискованно забираться в наши земли, — заметил Фарамунд.

— Знаю, — ответил купец. — Меня предостерегали!.. Но что делать, я был разорен. Мне оставалось только броситься в море и утонуть. Я пошел на безумный шаг: занял у ростовщиков денег, взял в долг товары и отправился в этот северный край. Здесь либо гибель... и тогда с меня никто не спросит возврата, либо вернусь с прибылью, что позволит рассчитаться... Так что моя судьба в твоих руках, воин.

Фарамунд окинул долгим взглядом караван:

— Эта охрана... она хороша только от шайки разбойников, да и то крохотной.

— У меня нет денег, нанять больше людей, — ответил купец печально.

Фарамунд всмотрелся в его смуглое лицо, морщины, признаки сильнейшей усталости.

— Я приветствую смелых людей, — заявил он. — Здесь моя земля, но я не возьму плату за ее топтание. Придет время, все земли станут вольными для торговли.

Купец с недоверием всматривался в суровое лицо молодого варварского вождя. Фарамунд поклонился, купец наконец опомнился, сказал с чувством:

— Я просто не верю...

— Что везете? — спросил Фарамунд. Добавил поспешно, заметив промелькнувший испуг в глазах купца. — Просто я хочу купить...

— Оружие?

— Нет, — ответил Фарамунд. — Хотя хорошее оружие тоже не помешает. Но я хочу что-нибудь для молодой женщины. Молодой и очень красивой.

Купец кивнул, глаза его не оставляли покрасневшее лицо вождя франков:

— Есть, конечно. Из-за того, что приходится таскать с собой такую охрану, мы можем торговать только вещами, малыми по объему... и очень дорогими. Собственно, у нас почти одни драгоценности. Даже оружие... очень дорогое."

"— Вы можете остановиться в моем городе, — предложил Фарамунд. — В любом из них! Вам не надо будет тратиться на ночлег и прокорм. И вот еще что... Мы только что взяли богатый город. Хотя он весь принадлежит мне, но мне обычно остаются только дома, люди и земли... а кольца, золото и драгоценности мои шалопаи успевают снять! Понимаешь?

Глаза купца вспыхнули надеждой, но ответил с осторожностью:

— Не совсем, доблестный базилевс.

— Ты кто?

— Из Багдада я...

— Араб?

— Увы, иудей.

— Вот что, Иса. Купцы здесь если и бывают, то только странствующие. Греки, иудеи, арабы, сирийцы... Своих нет. И никогда не было. Здесь что вырастили, то и слопали. Одежду сшили — сами носим. Кузнец кует только для своего же хозяйства. Оружейник делает доспехи для своего хозяина, за ворота не выходят...