Оплаченные фантазии

Александр, не переживай, я сделаю из тебя первоклассного преферансиста! Я просто раньше не замечал у тебя склонности к картам. А ты, оказывается, весь в меня! Вот Андрей не игрок... Клавдия, преклоняюсь перед вашими незаурядными способностями.

– Да какие там способности, просто повезло. Карты хорошие попадались.

– Как бы то ни было, я предлагаю это дело отметить. У меня где-то была припрятана бутылочка коньяка.

– Дед, давай без этого, – запротестовал Шурик. – Ты бы лучше Клаве какие-нибудь интересные истории рассказал о карточных играх.

– Да, – я присоединилась к просьбе, – неплохо бы раскрасить мою статью армейскими байками.

– Да сколько угодно! Вот под коньячок и расскажу про гонку карточных вооружений.

Мы перебазировались в столовую. Я нарезала сыр, лимончик, дед принес бутылку «Хеннесси».

– Это мне старый армейский приятель презентовал. Нынче он большой начальник на гражданке. Эх, сколько «пуль» мы с Ромашкой в былые годы расписали! А без него – еще больше.

Александр Андреевич только заикнулся о Кирюшкине, а я не сомневалась, что Ромашка – это он и есть, и тут же перескочил на другие персоны. Все армейские байки на карточную тему сводились к тому, кто сколько проиграл. Но в советских рублях это не слишком впечатляло. Дед увидел мою пресную физиономию и подсыпал чуть-чуть словесного перчика:"

"– Был у нас майор Аничкин, еще тот фарцовщик. Короче, купи-продай. Так он умудрялся сторублевые часы проигрывать за двести рублей, а автопокрышки – за три цены выставлял. Что поделаешь – дефицит! Ромашка тоже однажды отличился – поставил на кон бочку медицинского спирта.

– Да вы что! Его из армии случайно не уволили за такую растрату? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет, в те годы спирт рекой лился, – сказал дед и опрокинул рюмочку коньяка. – И вообще, плох тот солдат, который ни разу не напоил генерала. Ха-ха-ха!

Значит, Кирюшкин совершил что-то другое, после чего его поперли из армии. Что именно, я не могла прямо спросить у отставного полковника. Он был пьян, но еще не до такой степени, чтобы выболтать топ-секрет. Сашка был и вовсе трезв, хотя он, кажется, почти не прислушивался к нашему разговору, а, глядя на лист с расписанной «пулькой», анализировал свои промахи.

Когда зазвонил телефон и Шурик увлекся ученым разговором с каким-то студентом, я попыталась предпринять разведку боем:

– Александр Андреевич, я слышала, что вы какой-то архив ведете...

– Ну, архив – это слишком громко сказано, но кое-какие любопытные документики у меня имеются. А что, интересно стало? – дед лукаво прищурился.

– Ну, так...

– Пойдем покажу, – сказал Жупанов и встал из-за стола.

Александр Андреевич занимал самую маленькую из четырех комнат.