Оплаченные фантазии

Но мне, конечно же, хотелось бы поговорить с вами непосредственно об эстетической медицине.

– С удовольствием отвечу на любой вопрос, – сказал Жупанов, уставившись на меня, как мартовский кот на новую кошечку во дворе. – Только сначала у меня будет небольшая просьба к вам.

– Какая?

– Клава, давай перейдем на «ты». И зови меня просто – Андрей, без всякого отчества. Ладно? – попросил он с омерзительно заигрывающей интонацией, совершенно не соответствующей деловому разговору.

– Нет, это как-то некорректно... Вы ведь мне по возрасту в отцы годитесь, – напомнила я ему, забыв про всякую дипломатию.

– Да, это так, но я молод душой. А рядом с тобой чувствую себя мальчишкой! Клавочка, зови меня просто – Андрей.

– А если это войдет в привычку? Вдруг я назову вас по имени при Саше? Что он об этом подумает?

– Саша... Да, при Саше этого делать, пожалуй, не стоит. Клавочка, а как ты относишься к моему сыну? – спросил Жупанов, нервно комкая в руках бумажную салфетку.

– Хорошо, – сказала я, скромно опустив глазки. Пусть самоуверенный хирург думает, что стеснение перекрывает мою откровенность.

– Клавочка, если честно, то мне кажется, что ты и мой Сашка, вы очень... очень разные люди. Вы абсолютно не созданы друг для друга.

– Странно... А вот Раиса Васильевна иного мнения на этот счет. Она сказала, что мы очень красивая пара."

"– Раиса думает только о сыне. А я, в силу своей профессии, стал лучше понимать женщин. Каждая хочет быть бриллиантом в дорогой оправе. И это правильно. А Саша – тоже драгоценный камень, но другой. И ему тоже нужна оправа. Ему необходима женщина, которая, забыв о своих амбициях, помогала бы его таланту развиваться. Вот скажи мне, Клавочка, зачем тебе это? Так ты потеряешь свое «я». А мне бы этого очень не хотелось. Я мог бы дать тебе гораздо больше, чем мой сын.

О, как страсти-то закипели! Папочка всерьез решил завоевать мое сердце.

– А если я люблю Сашу?

– Любишь? – недоверчиво переспросил хирург. – Ты в этом уверена?

– Андрей Александрович, я не хочу продолжать дальше этот разговор. Честно говоря, я думала, что мы будем говорить о вас. Вы – герой моей будущей статьи, – напомнила я, не обращая внимания на подошедшую с подносом официантку. – Расскажите, пожалуйста, о своих буднях в клинике «Приват-мед».

– Это так скучно...

– То есть пластическая операция – это дело скучное, рутинное?

– Ну зачем же так буквально? Медицина, любая ее область, не может быть скучной. Ни одна история болезни не повторяет другую. И каждый пациент – уникум, и внутренне, и внешне. А пластическая хирургия – это искусство, не побоюсь этого слова.

– То есть вы считаете себя художником или скульптором?

– Скульптором? Да, считаю, – без ложной скромности признался Андрей Александрович. – Правда, у меня всегда есть соавторы.