"Фантастика 2025-57". Компиляция. Книги 1-28

— Сегодня мне удалось вернуть во дворец жар-птицу. И я готов подарить её вам, — Катя сбилась с шага и остановилась.

«Мила? Он схватил Жар-птицу?!»

— И где же мой подарок? — бесцеремонно спросила она.

Если Гвидон и удивился, то не высказал этого вслух:

— В моих покоях, разумеется. Я прибыл всего пару часов назад.

— Что ж, тогда поторопимся, мой герой, — Катя покрепче ухватила Гвидона за локоть и буквально потащила в сторону замка, не обращая внимания на его огромные глаза, — Я хочу получить свой подарок немедля.

— Эй, есть кто? — спросил Баюн, стоя посреди покоев Елисея.

— Пушистый, ты что ли? — выскочила навстречу ему Варя, — Что ты здесь делаешь?

— Ягу спасаю, — кот торопливо пересказал последние события, и то, как схватили всех, кто был в деревне, — Теперь они внизу в темнице, — грустно закончил он свой рассказ.

Варя задумчиво прикусила губу. «Схватили всех. И Волк в темнице», — заныло сердечко.

— Ты вот что, — наконец, произнесла она, — Сможешь туда пробраться?

— Конечно, — с важным видом кивнул Баюн.

— Тогда план такой. Вечером будет бал, все во дворце будут заняты. Понятное дело, что мы с тобой не приглашены, — кот кивнул, — Будем готовить побег. К вечеру пусть ожидают нас.

В покои Гвидона Катя буквально влетела, таща за собой мужчину за руку. Чем ближе они подходили, тем быстрее она шла, Гвидон пару раз споткнулся, но на него никто не обращал внимания. «Мила! Там наша Мила!» — эта мысль гнала вперед Царевну.

— Где? — развернулась она к царевичу, но тот, войдя за ней, наклонился, оперевшись о колени, и пытался отдышаться.

От быстрого бега он запыхался, как после марафонской дистанции. «Да, хиленький женишок попался», — с жалостью взглянула на него Катерина, которая стояла, как ни в чём не бывало.

— Там, — махнул рукой в сторону спальни мужчина.

Не мешкая, Катя рванула соседнюю дверь на себя. Оказавшись внутри, она с любопытством огляделась: огромное помещение было отделано золотом, посередине на постаменте возвышалась кровать с тёмно-синим балдахином. «Пылесборник», — поморщилась Катя. У стены напротив на изогнутых золоченых ножках стояло трюмо, в зеркалах которого отражались закатные лучи солнца. Одну их стен полностью занимали окна в пол, открывая потрясающий вид на водную гладь. Сейчас море было не спокойно, оно волнами накатывало на городскую стену, разбиваясь о камни.

На трёх оставшихся стенах висели портреты: большие и маленькие, овальные и прямоугольные, все они были в позолоченных рамах, и на всех был изображен Гвидон. «Мдаааа… — поморщилась Катя, — Это ж надо тааак себя любить». Пара кресел, невысокий столик и ещё одна дверь, ведущая то ли в ванную, то ли в гардеробную — так решила Царевна.