Фанера Милосская

Но ведь как-то она от человека к человеку переходит… – глядя Кристе в глаза, ответил врач. – Вы в зоне опасности.

– Ясно, – кивнула Рыбникова. – Беатке сообщили диагноз?

– Я обязан был это сделать, – сухо отозвался Сергей Леонидович.

– Как же нам дальше жить? – заломила руки Кристина. – Мне смотреть на мучения Беатки? Или бежать к наркодилеру за героином?

Сергей Леонидович встал, запер дверь на ключ, потом подошел к сейфу, открыл его, вынул пластиковую тубу и сказал:

– Поверьте, мне очень жаль, что судьба столь жестоко распорядилась жизнью вашей подруги. Как врач, я испытываю моральные мучения, понимая: девушка в ближайшее время уйдет на тот свет, потому что современная наука пока бессильна. Увы, мы не боги. Вот, держите!

– Это что? – спросила Кристя, забирая упаковку.

– Новейшее болеутоляющее средство, – объяснил Сергей Леонидович. – Самая современная разработка, действует на клеточном уровне, купирует даже… Ладно, вам лишняя информация ни к чему. Я не имею права давать препарат больным, он пока не прошел апробацию, ведутся клинические испытания. Есть подозрение, что действие его губительно для печени, но Беатрисе-то уже все равно.

Сергей Леонидович замолчал.

– Спасибо, – прошептала Кристина. – Я никому! Ни слова! Никогда! Как им пользоваться?

– Одну таблетку утром, перед завтраком, строго натощак, запивать водой, она действует целый день. Две ни в коем случае не принимать, может случиться коллапс.

– А там сколько? – тряхнула пластиковой коробкой Кристина.

– Когда кончится, можно рассчитывать на повторение? – взмолилась стриптизерка.

Сергей Леонидович крякнул.

– Вам хватит. Если останется, очень прошу, верните пилюли, у меня к ним ограниченный доступ.

В полной прострации Кристина покинула кабинет Сергея Леонидовича. Слова «вам хватит» и просьба вернуть остаток лекарства означали лишь одно: Беатрисе предстоит жить меньше месяца…

Рыбникова замолчала, я сочувствующе произнесла:

– Представляю, какой вы ужас пережили. Но еще хуже пришлось Беатрисе!

Кристина встала и взяла чайник.

– Первые три дня были кошмаром. Беатка рыдала, ей конкретно становилось плохо. Она сразу начала принимать таблетки, хотя боли не ощущала, но у нее появились тошнота, понос, скачки температуры, вылез герпес на губе, возник лающий кашель. Все как предвидел Сергей Леонидович. Вам не понять, что чувствует человек в такой момент. Я наблюдала за Беаткой и понимала: это все! Но потом случилось чудо.

– Беатка продолжала работать. Я просила ее наплевать на клуб и жить в свое удовольствие – спать до полудня, по магазинам шляться… Но она ответила: «Глупо дрыхнуть, когда биографии наступает конец, я дома с ума сойду. Лучше подохну, распевая песенки в образе девочки-конфеточки».