Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

— Конечно! — кивнула она. — Это твоя защита. Чтобы он занимался только зачатием, а не удовлетворением своих фантазий. Неужели ты желаешь, чтобы это повторялось чаще за ночь?

— Хм, не думала об этом в таком ключе.

— Всё в твоём облике призвано защитить тебя от животной похоти мужчин, — назидательно заявила она.

Жаклис можно было назвать мужененавистницей, но это не так, она ненавидела всех одинаково.

— Прошу прощения, — в комнату заглянула незнакомая демоница.

Блондинка лет сорока на вид с серыми небольшими рогами и голубыми глазами.

— Вы кто, чтобы врываться в купальню к будущей императрице? — высокомерно потребовала ответа мадам Жаклис.

— Личная модистка императора, Адель Балль, — представилась она, нисколько не смутившись. — У меня приказ императора пошить будущей императрице новый гардероб.

— Что?! — задохнулась от возмущения мадам Жаклис."

"Дело чуть не дошло до скандала, но когда Адель предложила для разрешения спора пригласить императора, гувернантка сдулась. Только если в первый момент я обрадовалась тому, что обзаведусь удобной одеждой, то следом разочарование постигло и меня.

— Мне сообщили о вашей проблеме с памятью. Гардероб составлю я. Мне лишь надо снять мерки.

— Круто, — буркнула я.

Сначала мне диктовала, как выглядеть, гувернантка, теперь эту святую обязанность взял на себя муж сестры.

— Что? — растерялась она.

— Говорю, давайте начинать, а то мне ещё сегодня учиться вышивать.

Адель принялась за снятие мерок, но когда увидела, что творится под моим нижним платьем, пришла в ужас. Ко всем прочим неприятностям моей жизни, мне пришлось пережить и это унижение. Но модистка хоть относительно мне подчинялась, стоило рыкнуть, как причитания прекратились.

Снятие мерок завершилось. Мне обещали прислать первые вещи к утру. А потом Жаклис взяла меня в оборот. Что не смогла высказать Адель, она выговорила мне, обвиняла меня в стремлении поддаться греху, бросалась угрозами, вымотала мне нервы вдоль и поперёк. Я даже перестала огрызаться, настолько устала от этого бесконечного прессинга. Более бесполезного и унылого дня у меня ещё не случалось. Я училась вышивать и слушала крики Жаклис.

А вечером в мою купальню заявился новый гость. Девушки ещё не успели стащить с меня верхнее платье, как одна вдруг испуганно вскрикнула. Её возглас подхватили и другие. Только я в непонимании глядела на замершего в проходе Доминика. Он опёрся плечом о косяк двери и скрестил руки на груди, вопросительно приподняв брови на крики служанок. Вот уж кто не любил напрягать себя лишними слоями одежды. На нём была обычная чёрная рубашка, брюки и высокие сапоги. В голове возникла совершенно сумасшедшая мысль ограбить его гардероб.

— Мне не нравятся средства ухода принцессы, — заявил он.