Фальшивая империя (ЛП)

Если бы я могла пошевелить головой, я бы так и сделала. Я бы встала и ушла далеко-далеко. Куда-то, где я не смогу чувствовать его запах, его тело и видеть его. Я закрываю глаза, как будто сон поможет.

— Мне просто нужна минутка, прежде чем пойти наверх. Выпей чего-нибудь в библиотеке, как обычно.

— Откуда ты знаешь, что я обычно делаю?

Дерьмо. Черт. Блядь. Я держу глаза закрытыми и надеюсь, что на моем лице не написано, что я просматривала записи с камер наблюдения вместо того, чтобы смотреть Нетфликс, пока была в Париже.

— Думаю, ты просто предсказуем.

Крю фыркает. Это бесящий звук, который не дает никакого представления о том, верит он мне или нет. Я подумываю открыть глаза и решаю, что предпочла бы не знать, о чем он думает. Теплая рука прижимается к моему лбу. Я вздрагиваю. Физический контакт является неожиданным. Как и то, как нежно его рука убирает волосы с моего лица. Моя кожа покалывает, реагируя на его прикосновения даже после того, как они исчезают.

— Как долго ты в таком состоянии?

— Я не знаю. У меня похмелье, или усталость, или акклиматизация, или все вместе. Диван был ближе, чем моя кровать. Я никогда не уходила из офиса раньше пяти... никогда.

В последнем предложении нет необходимости. Я чувствую какое-то странное побуждение оправдать тот факт, что я раскинулась на подушках, как морская звезда, пока еще светло. Чтобы доказать, что я не сижу сложа руки и не получаю зарплату. Еще раз повторяю, мне должно быть все равно. Однако меня волнует, что моя тушь, должна быть, размазана, волосы спутаны, а моя трудовая этика кажется сомнительной.

Крю не отвечает. А потом, внезапно, я уже не лежу горизонтально на диване. Я невесома, по крайней мере, так кажется поначалу. Через несколько секунд я уже раскачиваюсь. Я сосредотачиваюсь на твердом прессе и руках. Моя голова не одобряет это движение. Остальная часть моего тела наслаждается ощущением Крю, несущего меня. Но я все равно протестую.

— Что, черт возьми, ты делаешь?

— Насколько ты не в себе? Мне кажется, это очевидно.

Мне не хочется выходить из этого состояния. Все ощущения, которые я испытываю прямо сейчас, — те, ради которых стоит быть в сознании. Хуже того, я смогу вспомнить это позже. То, как он хорошо пахнет. Прикосновение металлического круга к коже моего бедра, символизирующее, что он принадлежит мне.

— Это очень мило с твоей стороны, но я в порядке, — я вкладываю в последнее слово столько уверенности, сколько могу собрать.

— Думаю, что диван не согласился бы.

Крю начинает подниматься по лестнице. Я перестаю спорить. Если он будет упрямиться по этому поводу, мне лучше притвориться, что в этом нет ничего особенного. Как будто я все время позволяю мужчинам носить меня на руках.