Фальшивая империя (ЛП)

Совершенно спокойно относясь к тому, что должно произойти между нами, и это немного ослабляет тугой узел у меня в груди.

— Я не хочу, чтобы наш первый поцелуй случился там, — я выпаливаю это заявление, которое на самом деле больше похоже на просьбу.

Что-то в сегодняшнем дне — платье, мечтательности и самом торжестве — привело меня к очень реальному осознанию того, что сегодня моя свадьба. По всей вероятности, у меня никогда не будет другой. Я буду замужем за этим человеком всю оставшуюся жизнь. И я даже ни разу не поцеловала его.

Должно ли это меня беспокоить? Скорее всего, нет.

Тем не менее это беспокоит.

Что-то похожее на веселье появляется на его лице.

Так и подмывает отступить, но я этого не делаю.

Я изучаю его, пытаясь понять, о чем он думает. Чувства. Я прихожу в недоумение. Он так же непредсказуем, как пустая страница.

— Ты буквально умолял поцеловать тебя несколько недель назад, — напоминаю я ему о нашем моменте в библиотеке.

Тень улыбки мелькает на его лице, как будто это воспоминание скорее приятное, чем нет.

— И что? — я начинаю терять терпение. Раздражаться. Почему между нами ничего не может быть просто?

— В том, что делаю? — я быстро начинаю сожалеть обо всей этой идее. Он прав, это на меня не похоже. Может быть, этот брак не продлится долго, и это не будет иметь значения.

Я выпрямляюсь, как будто в меня только что впрыснули свинец, когда до меня доходит скрытый смысл.

— Ты не можешь быть серьезным.

Крю наклоняет голову влево, демонстрируя резкую линию подбородка. Она напрягается, когда выражение его лица становится дерзким.

— Попроси меня, и я поцелую тебя, Скарлетт.

— Ты... — я ищу подходящее оскорбление и терплю неудачу. — Не могу в это поверить.

— Я предупреждал тебя, детка.

— Ты просто злишься, что я задела твою гордость.

Крю не отвечает, но мышца его челюсти дёргается.

— Не надо попрошайничать. Я не настолько отчаялся. Увидимся возле алтаря, детка, — в этом прозвище нет никакой нежности, только насмешка.

Он не двигается. Наступает долгое, тяжелое молчание. Отягощенное сомнениями, оценками и сожалениями.

— Попроси меня поцеловать тебя, Скарлетт. Разве не ради этого ты меня позвала.

Честно говоря, я выбилась из сил. Это превратилось битву воль. Каждый из нас чувствует, от чего мы готовы отказаться. В чем мы не согласимся уступить.

— Я ничего не прошу. Я всегда беру то, что хочу.

Мы смотрим друг на друга. Я хочу поцеловать его. Сильно. Я никогда не хотела ничего также сильно, как прикоснуться своими губами к его. Он хочет поцеловать меня. Так же сильно, если судить по его напряженной позе.

Гордость удерживает меня на месте. Он тоже не двигается.

— Мне нужно закончить собираться, — я говорю это мягко. Без напряжения. Я не отступаю. Не даю ему оправдания.