Файролл

Любой тревожный признак, любое необычное явление — шевеление чего-то в скалах, внезапный камнепад, какое-то эхо, барабанный бой — это повод для тревоги. Немедленно сообщать мне — и днем и ночью. Пожелания по вахтам есть?

— Есть, — немедленно заявил я. — У меня есть пожелания!

Кабы не завтрашняя простава молодых, может, их и не было бы. Но я обещал…

— Мне бы сегодня одну, прямо сейчас, а одну — завтра с утра. И послезавтра — тоже с утра, часов с десяти.

Бодун неизбежен, раньше десяти меня капсула может просто не идентифицировать — кто знает, сколько я завтра выжру?

— Ох, шустер. — Макс иронично глянул на меня.

— Да ладно тебе, капитан, — заступился за меня седоусый воин. — Пусть его. В первый раз парень в рейс в пещеры идет. Мы не против. Как вы, парни?

Остальные стражники прогудели, что, мол, да, не против. Чего уж. Молодым везде у нас дорога."

"— Будь по-твоему. — Макс подошел ко мне. — Заступаешь сейчас, вахта — до шести вечера. Тут у них все по склянкам, но мы время отмечаем по-простому, по-людски. Завтра заступаешь в восемь, послезавтра… Как потом вахту стоять будешь, я тебе завтра скажу, до нее еще дожить надо. Завтра мы уже в Холодных пещерах будем, они в наши планы свои изменения внести могут.

ГЛАВА 13

О предстоящем славном времяпровождении

Меня, в силу моей малоопытности, определили на корму, на нос же корабля направился не в первый раз ходивший в плавание охранник по имени Джонни Клей, который, заступив на пост, первым делом разулся, поставил сапоги у борта и сообщил всем окружающим:

— Ноги — они дышать должны.

— А мы, по-твоему, нет? — было возмутился Макс. — Сколько с тобой в плавания хожу — каждый раз одно и то же! Откуда у тебя эта привычка вообще взялась?

Джонни ехидно улыбнулся, промолчал, пошевелил пальцами ног, а после ответил:

— Да ты же знаешь, что это мне ведун один посоветовал. Говорит — если ноги дышать будут, то я дольше проживу.

— Соврал, — заверил его Макс. — Это мы тут все гуманисты собрались, а сними ты свои чоботы в другом месте, так придушат тебя по-быстрому — и все дела.

Джонни засмеялся и прошел на нос, оставляя за собой влажные следы.

— Как он мне надоел с этими своими ногами, — пожаловался Макс, подходя ко мне. — И ведь не сделаешь ничего!

— Ну и ладно, — хмыкнул я. — Пусть лучше здесь ноги проветрятся, чем он эти сапоги внизу снимет. А то ведь если он свои бахилы в каюте стянет, все задохнемся. Правда, и комары передохнут, ну если они тут есть, конечно.

— Только это и утешает, — вздохнул Макс. — Ладно, смотри в оба, через шесть часов тебя сменит Торсти, ну гном, ты его видел. И завтра утром не проспи, семь шкур спущу и деньгами накажу.

— Не просплю, — пообещал я. — Слушай, а чего у нас вся охрана из людей, гном только один?

Макс хрустнул пальцами.