Файролл

Лишь бы выгнала… Самому-то не уйти — в черный список попадать мне неохота, а что она туда меня загонит — это к бабке Рине не ходи…

В харчевне все было по-старому, с той разницей, правда, что Флоси переместился с места у стойки под нее и, похрюкивая, спал. Хозяин харчевни, стоя около него, явно раздумывал, передвинуть его в другое место или нет? С одной стороны, от туалетного работника очень воняло, с другой — хозяин брезговал до него дотрагиваться. Просить же об этом Гунтера он явно не рискнул.

— Надрызгался? — махнул я головой в сторону Флоси, причмокивающего во сне губами.

— Ага, — кивнул Гунтер, потягивая эль. — В лоскуты. Перед тем, как баиньки лечь, еще песни пел. Что-то о гоблинах. И ругал какого-то Дима за то, что идея хорошая, но не ему в голову пришла. Алкоголизм — страшное дело, вон, до зеленых гоблинов допился.

— Да, зеленые гоблины — это сильно. Надо ему завязывать, а то он тут всех жителей распугает. Ты о чем сказать-то мне хотел?

Гунтер поставил кружку и, безмятежно улыбаясь, поведал:

— Да так, о пустяке. Местного рикса этой ночью растерзали прямо у стен бурга. Предпоследнего из оставшихся риксов. Даже и не ночью, вечером.

— О как, — наморщил лоб я. — И чего это его, болезного за стены понесло?

— А вот не узнавал пока, решил тебя подождать. Пошли, разузнаем?

Я посмотрел на внутренние часы. Пять часов, время еще есть.

— А почему бы и нет. Давай опросим свидетелей. Надо же понять, что это за чума такая нашла на восемь эти бургов.

Мы предупредили корчмаря о том, что во хмелю Флоси очень буен, особенно если его разбудить и не похмелить, и покинули харчевню.

Глава 17,

в которой герой и его друг пытаются докопаться до истины

Немного осталось от рикса и сопровождавших его трех крепких парней. Кучка окровавленного тряпья, набор субпродуктов и холодное оружие, которое они даже и обнажить-то толком не успели. Кто-то с ними разделался быстро, ловко и безжалостно. А потом еще и сожрал. Кто именно — в данный момент обсуждали горожане, собравшиеся у телеги, которая привезла в бург с места происшествия останки местного руководства.

— Это волки. Много их развелось нынче! — важно поднял указательный палец вверх пузатый ремесленник.

— Какие волки, зубы-то глянь какие были, на укусы посмотри. Оборотни это, оборотни, — талдычил один из городских стражников с неменьшим брюхом.

— Ой, бабоньки, это все кара за грехи наши тяжкие! — причитала дородная горожанка.

Была еще масса версий попроще, но какая из них была верной — шут его знает.

— Что делать будем? — посмотрел на меня Гунтер.

— Опрашивать очевидцев и свидетелей, — посмотрел на него я. — Чего же еще? Только надо понять, кто из них на самом деле очевидец и свидетель. А то сейчас столько всего узнаем нового, потом вовек не разберем, что правда, что враки.