Файролл

Вот и нечего теперь искать крайнего.

Впрочем, в панику впадать преждевременно. Брат Юр, похоже, обладает кое-какой информацией, а мы с ним до поры, до времени союзники, поскольку цель у нас одна. Да и другие знатоки укромных мест Файролла у меня тоже имеются, например, тот же Хассан ибн Кемаль. Думаю, он мне не откажет, если я к нему обращусь за помощью.

Ну, и игровой форум, куда без него. Понятно, что карту он мне не откроет, но наводочку поискать можно.

Но как же обидно! В руках все держал, и вот вместо результата одна зола.

— Спасибо тебе, богиня — постаравшись закутать иронию в сто одежек без застежек, произнес я — Спасибо, благодетельница.

— Не за что — не почуяв подвоха, кивнула Тиамат — Рыцари, вы тоже честно выполнили свой долг перед памятью моей дочери! И когда я стану единственной богиней в….

Буммммммм! Прямо с небес в середину поляны врезалось нечто, более всего напоминающее то ли огромный огненный кулак, то ли радиоуправляемую ракету класса ""Тополь-М"".

Земля в очередной раз дрогнула, в многострадальном лесу с треском обрушился еще десяток деревьев, избушка ведьмы рассыпалась по бревнышку, а нас всех разбросало в разные стороны, причем непосредственно на меня повалился Гунтер, стоявший рядом. Хорошо так припечатал всей своей массой тела, помноженной на вес доспехов, от всей души. Даже маленько жизни снялось, о чем меня любезно известила система.

— Как! Ты! Посмела! — раздался рев, в котором человеческого было не больше, чем речах отдельных депутатов, заседающих в Государственной Думе — Это моя земля! Это мои снега! Это мои…

— Жадный какой — голос Назира, который и я сам слышал не каждый день, прозвучал совершеннейшей неожиданностью, причем он невероятно умело вклинился в речи Витара, который памятником самому себе возвышался в центре поляны, где снега теперь совсем не осталось — То мое, это мое… Мой отец сказал бы: ""глупец говорит много, а потому умирает быстро, даже не поняв этого"".

— Что? — взревел бог войны грозно, и очень, очень громко, отчего ворона, сдуру пролетавшая над нами, рухнула на снег со всеми признаками сердечного приступа. Самое время было кричать: ""мы теряем ее"", и безобидной птичке делать искусственное дыхание — Ты посмел?

— У меня уши заложило — сообщил Гунтер, вставая с меня — А у тебя?

— Ох! — только и смог произнести я, не особо желая показывать Витару свое лицо, которое ему было неплохо знакомо.

— Во-первых — здравствуй — холодно промолвила Тиамат, единственная из присутствующих, кого явление разъяренного бога не сбило с ног — Во-вторых — этот человек прав, потому попрошу тебя не чинить ему никаких обид. На правду не обижаются, братец. Ну, что ты сопишь? С каких пор данные земли стали твоей собственностью, не подскажешь? Этот мир — наш. Общий.