Файролл

За шкафом, буквально вжавшись в стену и делая вид, что они ничего не видят и не слышат, судорожно листали документы, находящиеся в ""короновских"" папках, две юных девушки — сотрудницы.

Блин, теперь точно надо держать ухо востро. Крепко меня Старик своими словами подставил, крепко. Они станут известны коллективу уже сегодня, за ночь обрастут подробностями, а завтра все будут говорить о том, что я подбивал шефа всех нахрен уволить. Знаю я, как сплетни эволюционируют, не раз подобное наблюдал.

Вот зачем ему это?

— Итак, — Старик лукаво улыбнулся и взялся за ручку двери. — Три, два, раз.

Слава богу, Зимин не вертел тазом в стиле ""короля рок-н-ролла"", не собирал паззл и не бегал по кабинету голым. Он сидел за столом и что-то писал.

— Ну вот, — одобрительно сообщил мне Старик. — Неправ ты оказался, дружок, ничем предосудительным наш Максимилиан не занимается. Не подтвердились твои предположения.

Да что такое! Теперь я и тут попал.

— И в мыслях не было, — бодро заявил Зимин. — Готовлюсь к собранию, подвожу итоги, суммирую, анализирую. Все, как было приказано.

— Мой маленький солдат! — одобрительно произнес Старик. — Ты все тот же Максимилиан, несмотря на этот костюм, этот кабинет, этот стол. Верный, несгибаемый и непобедимый Максимилиан.

Зимин сжал ладонь в кулак и приложил ее к сердцу.

— Ну и ладно, — лукаво улыбнулся Старик. — Пойду дальше, посмотрю, чем вы живете. С вами все ясно, а вот с остальными нет. И в каверны надо наведаться, с Ильей пообщаться.

— В подвалы, — поправил его Зимин.

— Да-да, — кивнул Старик, поворачиваясь ко мне. — Вот что, друг мой. А приходи-ка и ты завтра на собрание. Как мне думается, тебе будет полезно там поприсутствовать. Там соберутся главы отделов, люди, которые определяют жизнь проекта здесь, на этой части суши. Ты, по сути, один из них. Печатное слово — великая сила, и она в твоих руках. Не в моих, не в его, а в твоих.

— Собрание? — только и смог произнести я.

— Да, — подтвердил Старик. — Максимилиан, введи Харитона в курс дела.

И он вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.

Зимин издал что-то вроде немого вопля и рухнул в кресло.

— Макс, клянусь, я ничего такого не говорил, — сразу же произнес я. — Слово даю!

— Даже не сомневаюсь, — губы Зимина скривились в усмешке. — Да ты не волнуйся, все в порядке. Что я, что Кит, мы знаем эти его трюки. Он такое любит.

— Трюки! — я тоже плюхнулся в кресло. — Трюки! Чуть не поседел.

— Терпи, — посоветовал мне Зимин, доставая сигару из ящика стола. — Всякое случается. Неврастеникам тут не место.

— При чем тут это? — возмутился я. — Просто…

А просто — что? Руководство просто мило развлекалось, шутило шутки и изволило всех разыгрывать. Он ведь все делал с улыбкой, которая уведомляла окружающих о несерьезности происходящего.