Файролл

Щеки Ядвиги вспыхнули, она поднесла к моему лицу руку с скрюченными пальцами, будто хотела выдрать ими мои глаза, но делать этого не стала, развернулась на каблуках так, что те негодующе скрежетнули, и направилась к лифтам.

— А ты непрост, приятель, — сообщил мне стоящий неподалеку мужчина средних лет в очень дорогом костюме. — Я тогда, на праздновании Нового года, тебя недооценил, а зря.

— Просто не люблю, когда бьют невиновных, — ответил я ему.

— Моралист с двойными стандартами, — сказала Кира и деланно засмеялась. — Расскажи об этом Вежлевой."

"— Расскажет еще, — добавил кто-то из толпы. — В свое время. Видали мы уже таких молодых да ранних. Они хорошо начинают, да только куда-то потом деваются.

Прав Валяев, не любят меня здесь. Сильно не любят, я это прямо физически ощущаю.

— Пожалуй, я прямо сейчас куда-то денусь, — изобразив вежливую улыбку, сообщил всем я. — А если конкретнее — пойду перекушу. Всем хорошего вечера и спокойной ночи.

Повернувшись к Лике, я хотел предложить ее проводить туда, куда она скажет, но оказалось, что ее у меня за спиной уже и нет. Она удалилась по-английски, тихо и незаметно. И правильно сделала.

Надо будет попросить Азова присмотреть за тем, чтобы ей Ядвига и в самом деле свинью не подкинула. А еще надо прямо сейчас нанести некий превентивный удар. Звучит грубовато, особенно по отношению к Вике, но лучшего термина я не подберу.

Войдя домой, я обрадовался — Ксюша еще не ушла, и это было хорошо. Ее присутствие гарантировало мне, что даже если я накосорезю, то скандала все равно не будет. Вика очень ревностно относилась к своей репутации у сотрудников и с некоторого времени не давала воли чувствам в их присутствии. Даже неугомонная Шелестова это заметила и теперь все реже позволяла себе свои штучки по отношению к ней. А смысл изощряться в остроумии, если это никто не оценит?

— Уффф, — шумно сообщил я, входя на кухню. — Доложу я вам, это было еще то действо!

— Театр абсурда? — уточнила Вика. — Или что-то похлеще?

— Скорее, античная комедия, — усаживаясь за стол, хохотнул я. — А курица уже или еще?

— Почти-почти, — со знанием дела сказала Вика, приоткрыв духовку и заглянув в нее. — Совсем-совсем. А где Валяев? Или, ура, он нас обманул?

— Ура, обманул, — я втянул запах курицы и облизнулся. — Он нынче ужинает на самом верху, в узком кругу приближенных к Старику лиц.

— Вот и славно, — Вика достала из шкафа тарелки и начала их расставлять. — У них своя пьянка, у нас своя.

— Я пить не буду, — категорично заявила Ксюша. — Не люблю. Вик, ну ты же помнишь.

— Это метафора, — объяснил я. — Хотя лично мне граммчиков сто коньячку не помешают, снять стресс.