Файролл

А тебе что, никто ничего не сказал?"

"— Нет, — после упоминания Старика мне стало немного маетно. — Что, должны были?

— Как мне думается — да, — Валяев почесал затылок. — Макс вроде упоминал утром о том, что поговорит с тобой.

— С возвращения из Праги его не видел и не слышал, — покачал головой я. — Слушай, а что, Старик сразу по приезде будет делами заниматься? Вроде как он с дороги, почти ночь на дворе…

— А встретить его? — удивленно глянул на меня Валяев. — Внизу, в холле? Без этого-то как?

— В смысле? Ты о том, что куча народа выстроится рядком и дружно рявкнет ""С приездом""? — изумился я и понял по его лицу, что угадал. — Да ладно тебе. Шутишь?

— Такими вещами не шутят, — очень серьезно возразил мне Валяев. — И тон твой этот неуместен. Да, есть такая традиция — первые лица ""Радеона"" встречают Старика по приезде. Кстати — ты почти верно все описал.

Я потер лоб. Нет, все-таки к некоторым вещам, которые здесь в ходу, мне никогда не привыкнуть.

— Неувязка имеется, — понимая, куда клонит Валяев, я начал строить защитную версию. — Причем тут я? Моя рожа никак не тянет на первое лицо.

Смысл происходящего мне был ясен, но участвовать в этом мне не хотелось совершенно. Дело не в неприсущем мне нонконформизме и не в душевном неприятии атмосферы лизоблюдства, которым здесь недвусмысленно попахивало. Мне просто не хотелось никуда идти. Да и всю ""радеоновскую"" верхушку видеть тоже желания никакого не было. Старик ведь запросто с ней мог устроить какой-нибудь свой очередной перфоманс, и присутствовать при этом я точно не желаю. Мне Нового года хватило.

— Курицу жарите? — повел носом Валяев и протопал на кухню. — Точно. Ох, Виктория, золото ты, а не хозяйка. Другие своим мужикам из столовой еду заказывают, а ты вон домашнее готовишь.

— Я, наверное, пойду, — пискнула Ксюша, с опаской глядя на нежданного визитера.

— Да у вас гости! — повернулся к ней Валяев. — Извините, не заметил.

— Потому что постоянно куда-то спешишь, — пояснил я. — Все наскоком, все в последний момент…

— Поговори мне еще, — вроде как в шутку проворчал Валяев, но тон был вполне себе серьезный. — Критиковать он меня будет. И потом — кого ждем, одевайся давай.

— Кит, а смысл? — воззвал я к его разуму. — С вами все ясно, вы все сотрудники корпорации, вам и флажки с плакатами в руки. Но при чем тут я?

— Еще одно слово — и я начну сердиться, — уже совсем без юмора в голосе пояснил Валяев. — Сказано — одевайся, идем вниз, значит, топай в комнату и делай, что сказали. А будешь спорить, так в халате туда направишься, в котором будешь выглядеть смешно и нелепо. Ты хочешь выглядеть смешно и нелепо?

— Нет, — признался я. — Я этого не люблю.

— Так вперед, и дорогу осилит идущий.