Файролл

— Вы где такую добыли? — дергала ее за рукав та одной рукой, и хлопая себя по бритому черепу другой. — А?

— По недогляду появилась, — ответил ей я, кладя ладонь на плечо своей заместительницы. — От сырости, скорее всего. Кро, не психуй.

— Тебе легко говорить! — возмущенно взвизгнула та. — Это третья песня про меня. А про тебя ни одной.

— Все верно, — попытался успокоить ее я. — Она тебя любит сильнее, вот и поет сначала о тебе, а уж потом и до меня доберется.

— А мне тоже нравится, — Сайрин, которую я сначала не заметил, умудрялась еще и закладывать грациозные па под пронзительный голос феечки. — Музыка — это прекрасно!

— Если когда-нибудь где-нибудь будет проводиться конкурс на самый шизанутый клан, нам непременно надо принять в нем участие, — заявил мне Снуфф. — Приз зрительских симпатий точно наш будет. И это как минимум!

В этот момент Трень-Брень закончила очередной зонг, вспорхнула с крыши, раскланялась, вернулась на место и затянула новую песню, в которой речь шла о том, что настоящему гному в этой жизни не надо ничего, кроме кружки пива и нечёсаной бороды.

Как ни странно, но именно эта тема отчего-то оказалась близка местным жителям, которые начали дружно притоптывать ногами в такт и бить в ладоши. Пара юных селян даже затеяла что-то вроде танцев.

— Когда-нибудь в моем замке будет покой? — добавила шума Эбигайл, которая с грохотом распахнула окно и по пояс высунулась из него. — Мы тут к свадьбе готовимся! Любезный братец, если ты не успокоишь прямо сейчас свою дочь, то я не знаю, что сделаю! Вот — не знаю!

— Она не только мне дочь, но и тебе племянница, — резонно заметил я. — И, между прочим, кто-то обещал ее как следует вышколить, дабы она не позорила род. Не помнишь, кто?

— Да тьфу на тебя! — рявкнула в голос Эбигайл, стянула с ноги туфлю и бросила ее в гомонящую фею.

Не попала, расстроилась и захлопнула окно, чуть не выбив витраж.

— А когда свадьба? — заинтересовалась словами моей разъяренной игровой родственницы Сайрин, на миг перестав кружиться. — Нас позовут? Я бы сходила.

— Наверное, позовут, — озадачился я.

Если честно, то о данном мероприятии я совершенно не задумывался, хотя, возможно, и зря.

Между прочим, данный союз, помимо кое-каких плюсов, мог принести мне и неудобства. Ночная кукушка, она дневную всегда перекукует, потому запросто через пару-тройку недель после мероприятия мой клан из замка могут и попросить. Эбигайл начнет канючить, что, мол, народу много, шума тоже, а она на сносях, ребеночку это все не на пользу, и в результате пробьет Лоссарнаху мозг до такой степени, что тот, помявшись, начнет у меня уточнять, когда я съеду. Игра игрой, но законы существования в бытовых вопросах тут от реальности не сильно отличаются. Жизнь — она и тут жизнь, во всех своих проявлениях.