Файролл

— А Мариночку-душечку он, стало быть, не позвал, — глубокомысленно заметил Валяев, пристраиваясь за устремившимся вперед Зиминым.

— Не позвал, — подтвердил я на ходу, поспешая за ним."

"Говорить про то, что Старик о ней спрашивал, я, правда, не стал. Зачем лишний раз языком молоть, особенно в данной ситуации. Это тебе не американский боевик, здесь и вправду все сказанное тобой запросто может быть обращено против тебя же.

— Веди, — без приветствий бросил Зимин Густаву, и тот сделал рукой приглашающий жест.

— А ты стой тут, — Валяев ткнул меня кулаком в плечо. — Понятно? Не хватало потом еще рыскать по замку и тебя искать.

И они ушли.

— Такой славный молодой человек этот Вильгельм, — поделилась со мной Танюша своими впечатлениями. — Я думала, что мы с ним потанцуем, может быть, даже завтра погуляем по Праге, а он взял и ушел. Даже телефонами не обменялись. Представляете, он сказал, что у него телефона просто нет. Как такое может быть? У всех есть телефоны. Может, я ему просто не понравилась?

И она запустила ложку в торт.

— Это вряд ли, — я подумал и, взяв тарелку, положил себе торта. — Ты не можешь не нравиться. Он, скорее всего, растерялся от того, что ему улыбается такая девушка, как ты.

— Врете, конечно, — Танюша невесело улыбнулась. — Но мне хочется в это верить. А вы не спросите телефон Вильгельма у того представительного мужчины, который нас с ним познакомил? Он-то точно его знает.

— При оказии — непременно, — чуть не подавился тортом я.

— Сладкое трескаете? — невесть откуда рядом с нами оказалась Вежлева, чуть пьяненькая и немного растрепанная. — Татьяна, ты осторожней с этим. Торт во рту проводит секунды, в желудке несколько часов, но сколько времени он держится на бедрах!

— Да и ладно, — флегматично сказала Танюша. — Переживу.

— О как, — опешила от ее тона Марина. — Я что-то пропустила? И где Зимин с Валяевым?

— У Старика, — порадовал я ее.

Улыбка сползла с лица Вежлевой.

— А меня, стало быть, не позвали? — сделала верное умозаключение она.

— Не по адресу вопрос, — обозначил свою позицию я.

— Ну да, ну да, — она хрустнула костяшками пальцев. — Какой с тебя спрос?

— Слушай, если прямо вот необходимо кого-то попинать и сбросить злость, то пойди и найди дядюшку Эверта, — посоветовал я ей. — Его не жалко.

— Видела я это представление, — фыркнула Вежлева. — Распластали толстяка, как рыбу на разделочной доске. Ну и то, в каком ты фаворе, я тоже оценила. Только не обольщайся, в опалу попасть так же легко, поверь мне. Одно неверное движение…

— Марин, я не мальчик и все понимаю, — устало попросил ее я. — И еще — я не хочу знать лишнего, потому ты выбрала для исповеди не то время, не то место и не того человека.

— Насчет места и времени — соглашусь, — с Марины как-то разом слетел ее запал.