Файролл

Киф, друг мой, ответь-ка мне вот на какой вопрос — кем тебе приходится прелестная Татьяна? Она твоя спутница, и ответственность за нее лежит на твоих плечах?

Я глянул на девушку, которая, услышав эту фразу, с интересом посмотрела на меня.

— Не то, чтобы… — подобная постановка вопроса меня несколько смутила. — Но скорее да, чем нет. А что остается делать? Молодая девчонка, в чужом городе…

— Вопрос был задан простой, — мерно сказал Старик. — Ты принял на себя ответственность за нее или нет?

— Да, принял, — мне стало ясно, что надо ответить односложно, другого варианта у меня нет."

"— Иного ответа и не ждал, — одобрительно кивнул глава ""Радеона"". — Это достойное решение, которое, если ты заметил, я с тобой разделил. Но мы не можем, увы, все время провести подле нее, как бы нам этого не хотелось. Мы мужчины, у нас есть другие дела, потому я позвал сюда Вильгельма и отрекомендовал тебе его. Именно ему я хочу препоручить заботу об этой девице до твоего возвращения, и смею тебя заверить, что с ним она будет в полной безопасности. Вильгельм скорее сам умрет, чем позволит хоть кому-то косо на нее взглянуть, порукой тому мое слово. Ты веришь мне, Киф?

— Разумеется, — без запинки ответил я Старику. Во-первых, малейшее промедление могло бы быть не пойми как истолковано, во-вторых — я на самом деле ему верил. Точнее, никому в этом зале не верил так, как ему. А может, и не только в этом зале.

— Ну и хорошо, — Старик снова обратился к Танюше. — Моя прелестная леди, мы ненадолго удалимся, а с вами останется вот этот славный юноша. На этот вечер он ваш паж, можете располагать им так, как вам заблагорассудится. Гоняйте его за шампанским, заставляйте петь вам баллады, и даже, если захотите, можете хорошенько его поколотить. Вдруг что-то придется не по нраву? Вам позволено все.

Вильгельм пригладил светлые волосы, задорно блеснул голубыми глазами, одернул пиджак, безукоризненно сидящий на его стройной фигуре, и склонился перед Танюшей в поклоне.

— Колотить-то зачем? — смутилась та, с интересом глядя на свое неожиданное симпатичное приобретение.

Ну все, моя карта бита. И слава богу, тем более что у меня даже мыслей на этот счет никаких и не было. Я не ангел, но и не пожиратель детей.

— Вот все и устроилось, — потер руки Старик. — У них свои разговоры и дела, а мы с тобой пойдем туда, где не так много шума. О делах надо говорить в тишине. Да-да, Киф, все будут веселиться, а нас ждет серьезный разговор. Если быть более точным, то мне бы хотелось услышать твое мнение по кое-каким вопросам.

— Мое? — я снова опешил. — Да от меня-то чего путного ждать можно? Я журналист, а не коммерсант и не гейм-дизайнер.

— Взгляд со стороны, — пояснил Старик. — Твое положение в ""Радеоне"" сейчас уникально.