Файролл

Ведь ему волю дай, он с этой коронацией снова до пикси в глазах допьется. Причем на этот раз до несуществующих.

— Так, где тут у меня чернила? — фон Ахенвальд отошел в угол комнаты, к конторке. — Сам давно ничего не писал, все секретарь, секретарь. Артрит, знаете ли. Вот такая штука — великий магистр рыцарского ордена в руках меч не удержит. Пора бы на покой, да не отпускают, говорят, и без меня мечами есть кому помахать.

— Не ""г-говорят"", а ""г-говорит"", — поправил магистра брат Юр, без стука входя в комнату. — Это мои с-слова, и я от них не отк-казываюсь. Что за д-документ, если не с-секрет?

— Рекомендательное письмо, — фон Ахенвальд окунул перо в чернильницу. — Хейген все-таки решил отправить дочь к Клаудии, в обитель.

— В-верное решение, — одобрил брат Юр. — Т-там свежий воздух, з-здоровый коллектив, сб-балансированное питание и много к-книг. Я бы и сам в т-таком месте месяц-д-другой провел, отдохнул бы от в-всего на свете.

— Мне страшно, — пожаловалась с люстры фея. — Особенно пугает здоровый женский коллектив. Я такого никогда не видела и даже о подобном не слышала.

— Ну да, — согласился с ней я. — Разве такое в природе встречается? Две женщины — беседа ни о чем, три — хоровое пение после бутылки ""мартишки"", четыре — механизм для сплетен и слухов друг о друге, пять и более — гремучая смесь, бахающая с интервалом раз в полсуток.

— Я знаю, о ч-чем говорю, — успокоил меня брат Юр. — Ей п-понравится. Я, собственно, что з-зашел? Пойдем, п-побеседуем, пока великий м-магистр упражняется в эпистолярном ж-жанре. Надо кое-что об-бсудить. А вы двое — т-тут посидите. В-вы, юная л-леди под потолком, т-там от вас вреда м-меньше, а т-ты, Назир, прямо з-здесь. И п-проследи, чтобы наше д-дитятко никуда не сб-бежало, лови ее потом по всему з-замку.

Ей-ей, была бы возможность — в жизни бы с ним не пошел беседовать. Знаю я эти разговоры и чем они заканчиваются. Я ту цепочку, что сегодня завершилась, вот таким же образом получил. Но — не откажешь, особенно в свете того, что он для меня нынче сделал. И для себя тоже, это понятно, но все-таки. Да и будущее — оно еще не наступило, кто знает, что там дальше будет.

— Ко мне не п-пойдем, — сказал мне Юр, заметив, что я завертел головой, вспоминая, где тут его покои. — С-смысла нет — разговор н-недлинный. Но и в к-коридоре его вести не станем, т-так дела н-не делаются. Мы же себя ув-важаем, да?

Тебя бы в застенки Азова, там те же интонации и такой же подход к вопросу. Его вообще не с безопасника ли ""Радеона"" слепили? Замашки временами очень похожи.

Брат Юр зашел в соседнюю с покоями фон Ахенвальда комнату, обставленную более чем скромно — там были только стул и стол, придвинутый к смежной с соседним помещением стене, на котором лежали листы пергамента и стояла чернильница.