Файролл

 — Поверь мне, так и будет. Ты думаешь, я не знаю того, что им дела до нашей газеты нет? Они купили ее походя, между делом. Знаешь, как в магазине кофе ""три в одном"" покупают. ""У меня сдачи нет, возьмите вон, пакетик"". Вот тут ровно то же самое. И чего им не отдать тебе это место? Никифоров, пора взрослеть. Вроде умный мужик, мир повидал, в ""горячих"" точках был, даже про проституток пару раз писал — а все думать не хочешь.

Ну, а что, все правильно он сказал. И про газету, и про меня. Если бы я головой думал, а не другим местом, то еще прошлой осенью бы от одного предложения отказался.

Хотя — о чем я? Эти ребята все равно меня достали бы. Не в смысле — вывели из себя, а заставили бы согласиться на то, чтобы я им служил. Без вариантов.

— Давайте по-другому поступим, — мне почему-то стало очень грустно. С Мамонтом отсюда уходила не только приличная куча канцелярской чепухи, с ним уходила эпоха. — Давайте я с ними поговорю о том, чтобы вы остались."

"— Зачем? — Мамонт нахмурился. — Не надо с ними ни о чем говорить. Никифоров, я сам отсюда сваливаю, доброй волей. Меня никто не увольнял, я добровольно, без принуждения написал заявление об уходе.

— Но зачем? — не понял его я. — Для чего? Если над вами не каплет, то стоит ли…

— Стоит, Никифоров, стоит. — Мамонт начал выдвигать ящики стола, проверяя — не завалялось ли там чего полезного. — Не хочу я, чтобы меня в какой-то момент турнули. Взбредет твоим хозяевам тебе приятное сделать, даже без твоего на то желания — и отправлюсь я за порог. Нет, лучше я сам, как полагается, с гордо поднятой головой. Тем более не на улицу ухожу, специалисты вроде меня без работы не остаются.

— Нашли что-то? — порадовался я за него.

— А как же, — он нашел в одном из ящиков ручку, пощелкал ей и бросил в коробку. — Газета, поменьше нашей, поскромнее — но вполне себе издание, ""Новости Юго-Запада"" называется. Зарплата, правда, тоже поменьше, но зато там и служба не в пример спокойнее. Буду о высадке деревьев рапортовать, о встречах с депутатами. Хорошее место, чтобы встретить старость, так сказать.

Н-да, видно не так уж ты и нужен в мире печати, если в районную газетенку идешь. Но — если нет гербовой, то пишут на простой.

— Семен Ильич, — решил еще раз попытаться его уговорить я. — Подумайте все-таки, а? Я с ними поговорю, никто вас не снимет и за порог не отправит, слово даю.

— Все, — массивная ладонь привычно бахнула по столешнице. — Сказано тебе — время пришло уходить. Не нуди!

— Плохо, — негромко сказал я. — Без вас здесь все будет не так.

— Не будет так, как при мне — будет как-то по-другому, — изрек одно из своих (а может и чужих, заигранных) мудрых изречений он. — Ты всяко не пропадешь, больно изворотлив. Не подумай, это я не критикую тебя, наоборот — хвалю.