Файролл

Что-то вроде — надену корону и сохраню традиции. А без мощной идеи, которая поведет за собой народ, много не навоюешь.

А эти — они хоть и гады, но молодцы. У них все четко — взять власть, подмять под себя Пограничье, а после выжать из него все соки. Вот и не стесняются в методах. По идее, мне с ними надо быть, а не с королем-без-короны, мне это не то что ближе, но понятней, чем борьба за вековые устои.

Забавная шутка жизнь, что ни говори.

Тем временем мнения разделились, да и люди в зале тоже — посередине ее оказалось что-то вроде демаркационной линии, справа толпились сторонники моего друга, слева — поклонники новых веяний.

— Так, кто еще не говорил? — обвел глазами помещение Фергус. — Трой Мак-Люр, тебе есть что сказать? Нет? Ну, и прах с тобой. Хейген Линдс-Лохен, а ты что в углу жмешься? Во многом все это из-за тебя началось. Будешь что-то говорить?

— Мне всегда есть что сказать, — бодро заявил я и двинулся к возвышению, на котором сидел бейрон. — Я даже на середину выйду, чтобы все меня видели.

— Больно надо, — заявил какой-то жутко волосатый гэльт из окружения Гуарда. — Сто лет тебя не видел — и столько же не видеть еще.

— А я рад снова повидаться, — сообщил мне Гвен Мак-Трест. — И, надеюсь, не в последний раз, у меня должок к тебе есть.

— И у меня! — завопил Гуард и затопал слоновьими ножищами. — Проклятый колдун!

— Колдун? — насупил брови бейрон. — Это серьезное обвинение, Мак-Пратт. Ты можешь его подтвердить чем-то, кроме своих слов?

— Это все знают, — пропыхтел Гуард. — Все!"

"— Я ни о чем таком не слышал даже, — пожал плечами Фергус. — Хотя знаком с этим человеком давно. Да и многие присутствующие здесь тоже его знают.

— Серьезное обвинение, — сказал один из вождей, выбравших сторону Мак-Праттов, немолодой и крепко сбитый гэльт в невероятно пестром килте. — Очень. Гуард, если ты не можешь доказать того, что он в самом деле колдун, то молодой Линдс-Лохен вправе потребовать у тебя поединка за такое оскорбление.

О как. А квеста нет. Странно. Может, надо потребовать поединок?

— И непременно это сделаю, — бодро заявил я. — Эй, Мак-Пратт, так что со свидетелями?

— Я свидетель, — невесело сказал Мак-Трест. — Я видел, как он колдовал, он вызвал из небытия тени, которые меня чуть не убили.

— Ты не можешь быть свидетелем, — сказало сразу несколько человек. — Ты служишь их дому. Слуги не могут быть свидетелями.

— Плюс — ты безродный, — добавил все тот же пестрокилтный вождь, видимо, прямой и честный мужик, коли вот так своих топит. — Твое слово — как ветер над холмами, кто его слушать будет?

— Еще есть кто-то, кто подтвердит слова Гуарда? — поинтересовался Фергус. — Нет? Я так и думал. Мак-Пратты, что с них взять?

Толстяк так скрежетнул зубами, что они у него должны были изо рта вылететь.