Файролл

Его отличительные черты — нахальство и глупость.

Чего не скажешь о втором персонаже, который просто-таки олицетворял мое раздолбайство. Рядом с ним сидел Гвен Мак-Трест — последний представитель уже несуществующего клана и профессиональный наемник, я свел с ним знакомство в тот день, когда принял клан Линдс-Лохен под свою руку.

Он был очень хорошим бойцом — это я хорошо помнил. Если бы не мой ""Алый легион"", то не видать мне тогда в поединке с ним победы как своих ушей, это уж наверняка.

Опять же — по рассказам судя, он еще и очень неглуп, так что дурь младшего Мак-Пратта уравновешивается его рассудком.

Плюс рядом с этой парочкой топталось еще человек пятнадцать матерых гэльтов — надо думать, представители вассальных кланов.

Ох, чую, веселуха будет!

— Гэльты, время! — несмотря на возраст и внешнее тщедушие, голос Фергуса Мак-Соммерса был зычен и заставил всех замолчать. Он сидел в кресле на небольшом возвышении и, несомненно, был председателем на этом собрании. — Больше никого не ждем, сколько можно.

— Вот-вот, — вставил свое слово пузатый Гуард. — Хотя мне вообще непонятно — для чего нас тут собрали? Наш клан в своем праве, все знают закон Пограничья — ""Если можешь взять — возьми"". Но кое-кто решил, что ему законы не писаны.

Его окружение одобрительно зашумело.

— Кому-кому говорить о попрании законов, так это не тебе, Мак-Пратт, — достаточно жестко ответил ему Фергус. — Дело в том, что клан твоего отца, который, между прочим, даже не соизволил почтить нас своим присутствием, давно плюнул на все уложения кодекса гэльтов и творит все, что ему заблагорассудится вне всяких законов — и писаных, и неписаных. До какого-то времени мы относили это на счет того, что война есть война. Но то, что вы творите в последнее время — это уже чересчур.

— Что ты имеешь в виду, Мак-Соммерс? — надменно крикнул Гуард. — Что конкретно?

— Например, то, что вы замарали себя детоубийством. — Фергус встал со своего кресла. — Ваши люди чуть не убили ребенка, дочь вождя клана Линдс-Лохен."

"— Было такое, — услышал я голос Трень-Брень, которую брат Юр невесть когда успел утащить в дальний угол залы. Я что-то увлекся рассматриванием почтеннейшей публики и прозевал этот момент. — Свидетельствую. Знаете, как больно было? Если бы не один славный рыцарь — каюк бы мне настал. А рыцарь — умер. Молоденький совсем был, щекастенький.

Голос феи задрожал, причем без наигрыша.

— Мы убиваем друг друга — так мы мужчины, наша судьба — сражаться и умирать, — продолжил Фергус. — Смерть рыцаря печальна, но он был воин, так что она еще и закономерна. Но дети? Женщины, если они не взяли в руки меч? Гэльты, как вам это понравится?

— А потом еще твой человек этой же девке чуть горло не перерезал, — добавил один из вождей.