Файролл

И поэтому вилиса в момент бракосочетания накладывает на жениха заклятие, противостоять которому невозможно. Названия его точно никто не знает, на форуме оно фигурирует как ""Цепи супружества"". Супруг вилисы не может отдалиться от нее более чем на две мили. Стоит ему уйти на это расстояние, как дорога изменяет маршрут незаметно для идущего и снова приводит счастливца в лоно семьи, прямиком к любимой женушке. Вот такой хеппи-энд. Куда бы ни шел — вернешься. Дом, милый дом. Который, кстати, достается счастливому жениху вместе с вилисой и располагается в ближайшем от болота населенном пункте. Приданое, однако.

И никаких способов снять любое из двух заклятий нет. Единственный выход, который возможен для вляпавшегося в свадьбу с вилисой игрока, — уничтожить учетку и начать все сначала. Судя по всему, народ так и делал. Но этот вариант точно не для меня."

"Я было приуныл, а после подумал, что я не совсем еще дурак, поскольку обозначил, что мои дела на полгода — год, так что, может, еще отсрочку и выпрошу. Когда через полгода к верховной приду. Да и полгода — это долго. Мало ли что случится. А потом мне в голову пришла еще одна идея, на первый взгляд совершенно безумная, но потом показавшаяся не такой уж и бредовой.

За подобными раздумьями я доехал до работы и на автопилоте зашел в свой кабинет.

— А чего это вы сюда? — невероятно язвительно сказала Крыска. — Вы теперь начальство, вам в свое крыло.

— Да вот зашел подумать, кого можно и нужно подтянуть к движению, а кого и за борт пора. По возрасту или по иным показателям. Положение обязывает.

И, не глядя на нее, вышел. Пущай побесится, зараза старая. Может, и по-хамски, но не люблю я вот такого… Даже не знаю… Смеси наглости и зависти.

Я и впрямь забыл, что у меня свое крыло теперь. И там должны сидеть четыре юниора и ждать меня. С огнем в глазах и выражением почтительности на лицах.

То ли я переоценил себя, то ли слишком хорошо думал о молодом поколении. Почтительностью тут и не пахло. Нет, никакого хамства, но держатся трое из четверых так, будто они принцы в изгнании, которых занесло в глухую деревушку. Именно такое впечатление на меня произвели три молодых человека в строгих костюмах, сидящие в первом из трех кабинетов, отведенных нам. Они даже не подумали встать, когда я вошел, чего уж говорить о каком-то ""здрасте"". Исключение составила только девушка, кстати, очень даже симпатичная, которая, встав, вполне искренне сказала:

— Меня зовут Вика, Вика Травникова. Я надеюсь пройти у вас хорошую школу молодого журналиста.

Ух, какие глазищи. Не утонуть бы.

— Ну этого я не обещаю, — ответил я ей. — Тут все от тебя самой зависит. Но в целом, если хочешь быть журналистом, будь им. Эти товарищи, я так понимаю, ими быть не хотят? По крайней мере, здесь.