Файролл

 — Помните, Покровский: Никифоров с настоящего момента неприкасаем. Если хоть слово, хоть взгляд — вы понимаете меня? Теперь он под нашей защитой.

— Чего ж не понять? — пробормотал Мамонт. — Все понятно.

— Ну и славно, — широко улыбнулся Валяев. — Мы тогда поехали.

Они потрясли нам руки и пошли к выходу.

— Да, Киф, — обернулся в дверном проеме Зимин, — а как ник того игрока, ну что с короной лендлорда колупался, добыть ее не мог?

""Прости, Странник. Но ситуация не в твою пользу"".

— Странник, — твердо сказал я.

Мои хозяева переглянулись, кивнули друг другу и вышли.

— Ф-ф-фу… — Мамонт рухнул в кресло, достал здоровенный клетчатый платок и вытер лицо, лоснящееся от пота. — Бог миловал, ушли.

— Ага, — сказал я.

— Ага, — буркнул Мамонт. — Значит, взяли они тебя на службу?

— Взяли. Денежку обещали большую. Не напарят, интересно?

— Эти не напарят. Вот только чем рассчитываться с ними будешь? — грустно и тихо сказал Мамонт.

— Честной и беспорочной службой, — ответил я.

— Хорошо, коли так. Ладно, иди. Ватикан ты чертов.

Мамонт сидел грустный и обмякший, и мне стало жаль этого когда-то сильного человека, которого смяли за десять минут, как бумажную фигурку.

— Семен Ильич, скажите, вы же знали, что на меня орать не будете, какое вы удовольствие хотели получить?

Мамонт хмыкнул.

— Но ты-то этого не знал. Психовал?

— Психовал.

— Прия-а-атно!

Я вышел из кабинета, подмигнул Жанне и пошел домой.

— Магнитик привезти не забудь, — крикнула мне в спину она.

По дороге домой я все пытался понять, что это было. По всему выходило — либо мне круто повезло, либо я где-то не менее круто лоханулся. Пара биггеров в любимом мной (но таком неполезном) KFC не прояснила ситуацию.

""Ну и фиг с ним, — в конце концов решил я. — Будем поглядеть. Деньги-то настоящие, и рост карьерный — тоже. А там видно будет"".

Дома я покурил, подбодрил себя словами:

— Пацан сказал — пацан сделал, — и полез в капсулу.

Я сидел все на том же берегу, с той разницей, что сейчас был день и рядом не было Странника. Надеюсь, я не слишком его вложил, и эти двое из ларца, одинаковых с лица, не состроят ему козью морду — парню и так, по ходу, не сильно весело живется.

Что-то раздражало мое зрение, и, внимательно оглядевшись, я понял что — судорожно пульсирующий почтовый ящик.

Я открыл внутреннюю переписку и присвистнул — ящик был забит сообщениями. Почти все они были от Герва. ""Ты где?"", ""Как будешь в игре — немедленно напиши"", ""Это безобразие"". Прямо как девушка. Может, он в меня влюбился? Не пойду я с ним в баню, от греха.

Ладно, шутки шутками, а ответить надо. Я открыл форму и написал:

""Герв, я в игре. Хейген"".

Сочтя свой почетный клановый долг выполненным, я направился к Меттану — надо было посчитать деньги, лежащие в сундуке, и потихоньку выдвигаться.