Файролл

 — Вот ведь как интересно выходит, Шекспир писал столько веков назад, а ничего и не изменилось. В человеческих отношениях, я имею в виду.

— Так и люди изменились мало, — сказал я. — Поскреби любого из нас — тот же человек, что и тысячу лет назад, только одежда другая да методы истребления себе подобных более совершенные. Природа же человеческая не меняется по своей сути.

— Квартирный вопрос только нас испортил очень, — хихикнула Вика, беря меня под руку и кладя голову мне на плечо.

— С этим я вовсе спорить не буду, — согласился с ней я.

Выйдя из машины, я с удовольствием вдохнул морозный воздух, пахнущий скорым снегопадом, — угадал я, похоже, с изменениями погоды, к ночи порядком похолодало, и подал руку Вике.

— Мне те парни не нравятся, — шепнула мне она, кивнув подбородком в сторону подъезда.

Я бросил быстрый взгляд в указанном направлении. И впрямь у дверей стояли четыре темные фигуры, причем достаточно массивные.

""Никак братец Эльки оклемался и мстить решил?"" — подумал я, с некоторой грустью проводив машину, мигнувшую на прощанье фарами.

— Может, ну его, не пойдем домой? — пробормотала Вика.

Я хотел ей сказать, что идея, конечно, продуктивная, но идти ночевать на вокзал я тоже не хочу, с другими же вариантами туго, но не успел.

— Никифоров? — раздалось от подъезда. — Харитон?

Плохо дело, как это ни грустно, угадала моя девочка, по мою душу пришли здоровячки, но это не братец моей бывшей пассии, это кто-то другой. И, главное, ведь лоси какие, мне с такими махаться — как заднеприводному в День десантника в парке Горького ""Голубую луну"" петь. Шансы уцелеть даже не нулевые, они в минус уходят. Ну, стало быть, теперь у меня только одно важное дело осталось, до того момента, как меня месить начнут.

— Когда меня бить станут, сразу беги отсюда быстро-быстро и без криков: ""Помогите"", — заметив, что фигуры двинулись к нам, шепнул я Вике, задвигая ее себе за спину. — Просто беги — и все.

— Я… — пискнула Вика.

— Ты не ответил. — Спрашивавший подошел к нам. Благодаря фонарю, под которым мы стояли, я увидел, что это был довольно молодой мужчина с холеным лицом и очень неприятным взглядом, у него глаза были какие-то… Мертвые, что ли?

— Ну а если и я, то что? — жестко спросил я. — Ребята, я вас не знаю, что вам нужно?

Трое остальных негодяев в капюшонах, скрывавших лица, начали обходить меня с боков, и вот это было паршиво. То, что меня свалят быстро, — это к бабке не ходи, но теперь и Вика могла не успеть подорваться. Надо было бить этого гада, пока колечко не замкнулось. Мне еще батя говорил: ""Нет выхода — бей в нос, а лучше по шарам, даже если отбуцкают потом, то не так обидно будет"". А батя в этом понимает.

— Тебе давали время на то, чтобы ты как следует подумал над сделанным тебе предложением.