Файролл

Сарай внутри был похож на барак — трехъярусные нары, столы, табуреты, ядреный духан и куча полуголых мужиков крайне немиролюбивого вида.

""А прикольно будет, если крысы тут нет, а?"" — внезапно подумал я. А что, запросто может быть, что этот черт живет отдельно или вообще тут не ночует. Биг Бен вроде как боцман, а стало быть, командный состав, Джек, похоже, еще тот ходок, Хромой… Про него мне вообще ничего неизвестно. Что-то расслабуха меня одолела, видать, слишком просто все даваться стало, в старые времена я куда более ответственно к подобным вопросам подходил. Хотя, с другой стороны, если цель крысы — смущать умы, то не может этот человек быть в отрыве от коллектива, неразумно это. Ладно, поздняк метаться, вон меня уже заметили.

— Что это за ферта к нам занесло? — раздался чей-то хриплый голос. — Экий красавчик! Ты ничего не перепутал, а?

Тут в сарай вошел Просперо и встал за моей спиной. Не знаю, что там у него было с лицом, но вся эта орава затихла, переводя взгляд с меня на здоровяка. ""А много у Дэйзи народу, — подумал я на редкость некстати. — На глаз — сотни полторы-две головорезов, не меньше, и надо полагать, что еще и не все присутствуют. Хотя — пять кораблей. На фрегате, поди, только экипажа — десятка четыре, да абордажная команда…""

— Ничего, — скорбным тоном ответил я. — Ничего я не перепутал, как это ни грустно. Крепитесь, корсары, нет у вас больше капитана. Дэйзи Ингленд мертва.

— Кто? — выдохнуло короткий вопрос сразу десятка три глоток.

— Себастьян Фирейра и его люди, — склонил я голову. — Сам ее последний вздох принимал, на моих руках она отошла.

— Просперо? — подошел к нам мужчина лет сорока в явно дорогом камзоле и со шпагой на боку. — Все так?

Негр закрыл лицо ладонью и что-то промычал.

— А ты кто? — Мужчина в камзоле посмотрел на меня. — Я тебя никогда не видел."

"— Неудивительно. Дэйзи всегда хохотала, когда говорила мне, что для всех я — ее подружка. — Я демонстративно сглотнул, как бы загоняя слезы в глотку. — Не хотела, бедняжка моя, чтобы кто-то о нас узнал, не хотела слабость свою показывать. Вот только Просперо и был в курсе, да и то лишь потому, что рассказать никому не мог.

Я подергал глазом, показывая, какое у меня горе. Просперо трясся, не отнимая руки от лица, причем изрядно сомневаюсь, что он плакал.

— Как этот дьявол узнал о том месте, где мы встречаемся, — не знаю, но он пришел, и пришел не один. Мы дрались и убили всех его людей, но вот ее, мою Дэйзи, мою маленькую девочку, не сберегли.

— Чтоб вам всем! — хрустнул пальцами стоящий перед нами пират, весь белый, как лист писчей бумаги. — А где Фирейра?

— Идет сюда на своей баркентине, — быстро ответил я, выходя на финишную прямую.