Фабрика отклонений

Взгляд ее был устремлен не на собеседника, а куда-то сквозь него. Женщина ждала ответа. Она догадывалась, каким он будет, но частичкой своего сознания пока еще надеялась на то, что этот мужчина рассмеется и скажет волшебное слово «нет».

Но мужчина ничего такого не сказал. Он смотрел на нее внимательным, оценивающим взглядом. От страшного напряжения, которое она всеми силами старалась скрыть, в глазах женщины стали набухать слезы.

– С ним? – спросил Гуров. – Мы ведь говорим об Олеге Россихине, так?

– Вы же за этим меня позвали? – еще тише ответила Щуклинова.

Гуров еще раз взвесил в голове все «за» и «против». Надо решать прямо сейчас. От этого зависит весь дальнейший ход разговора. Замкнется или раскроется эта женщина.

– Да, за этим. С ним случилась беда, Галя. Он погиб.

Щуклинова судорожно сглотнула, опустила голову и часто заморгала. Каким-то чудом ей удавалось не заплакать. Или она просто неплохо играла свою роль?

– Олег должен был приехать к вам в субботу? Вы договаривались?

Женщина кивнула, потом дрожащей рукой полезла в сумочку, достала из упаковки салфетку и приложила к глазам. Она стискивала кулачки, ее колени были напряжены. Гуров почувствовал, что сейчас последует откровение.

– Это его нашли в подвале? Люди говорили, что там было тело убитого мужчины.

– Да, это его тело. Вы что-нибудь знаете о том, угрожал ли ему кто, были ли у него враги? Он с вами делился какими-то подозрениями?

Она стала говорить. Чувствовалось, что внутри у женщины все сжалось как пружина. Если она не выговорится, то эта пружина может распрямиться в истерическом припадке, в сердечном приступе. Галина чуть покачивалась на стуле взад и вперед.

Смотрела она в это время не на полковника, приехавшего из Москвы, а куда-то в стол. А может, и никуда. В ее взгляде были боль, отчаяние и пустота. Прямо сейчас и на долгие годы.

Они познакомились случайно, в клубе. Эта ночь закончилась в ее постели. Их взаимное притяжение очень быстро переросло в привязанность. Он жил и работал в Москве, и в Видное дела его больше не приводили. Но Олег ездил к ней. Бывало, и по два раза за неделю, иногда оставался на все выходные или же не мог вырываться по месяцу.

Как-то сразу так у них сложились отношения, что никто не говорил о будущем. Она истосковалась по настоящей любви, он – по покладистой, понимающей женщине, которая ничего не требует. Им нужны были только жаркие объятия и безумный секс на всю ночь. К утру они, потные и уставшие, засыпали рядом. Мир вокруг них переставал существовать.

Никаких особенных подарков он ей не преподносил. Цветы, безделушки, колечко вот за пять тысяч. Ни машин, ни квартир. Да Олег и не был богатым человеком. Хотя, может, она просто не понимала размеров его бизнеса и доходов.