Фабрика отклонений

Пересекались, да, причем неоднократно, но никаких отношений между ними нет.

Важно, что Ревякин сказал «нет», а не «не было». Очень часто в разговоре убийцы срываются и вот так ошибаются. Но он ни словом не упомянул о конфликте, о том, как Россихин его подставил на торгах. Объемов сделок Россихина Ревякин не знает. Ничего о том, кто как к Россихину относится.

«Кажется, ему неприятно говорить об этом человеке, – подумал Гуров. – Ладно, сейчас перейдем к другим фирмам, и сразу станет ясно. То ли ему лично Россихин не симпатичен, то ли вообще эта тема разговора поперек горла».

Гуров перешел к другим фирмам. Теперь он задавал более откровенные вопросы.

Однажды Ревякин вдруг нахмурился и поинтересовался, а не директора ли той фирмы, о которой они говорили в тот момент, убили? Гурову пришлось отвечать на это отрицательно и ссылаться на Интернет, где второй день раскручивался скандал вокруг этой фирмы. Правда, связан он был с коррупцией.

Второй важный вопрос, который Гуров попытался выяснить, состоял в том, где в ночь гибели Литвиненко, а потом и Россихина находился сам Ревякин. Про последнее убийство сыщику удалось спросить вполне удачно, не раскрывая смысла своего интереса.

Полковник знал, что как раз тогда в модном ночном клубе была любопытная программа с приездом известной молодежной группы. Он спросил Ревякина, был ли тот в ту ночь в клубе. Генеральный директор ответил, что не поехал, хотя его и уговаривали. Оказывается, они с женой ездили в Питер на юбилей общего знакомого.

Гуров мысленно отметил себе в плане необходимость проверить достоверность этого факта, а заодно и алиби по первому убийству. Ревякин-то хирург! Он по схеме самого полковника вполне вписывался в ряд возможных преступников.

Гуров перебрал пять фирм и завершил беседу. Он вовремя понял, что Ревякин скоро перестанет отвечать. Бизнесмена заметно тяготила эта тема."

"Полковник попросил оставить в тайне цель их визита и тему разговора. Потом Гуров с Кулаковым откланялись и вышли из офиса. Прощались с генеральным директором они торопливо, делая вид, что их поджимает время. Льву Ивановичу почему-то очень не хотелось пожимать Ревякину руку.

– Каково твое мнение, Сергей? – спросил сыщик.

– Конечно же, он не убивал, – сразу ответил оперативник. – Я имею в виду, лично. По всем его реакциям так выходит. Но я согласен с вами в том, что убийца – не наемный киллер. Значит, Ревякин, скорее всего, отношения к смерти Россихина не имеет.

– Хорошее это словосочетание – «скорее всего», – сказал Гуров. – Вроде бы ты и уверен в чем-то, но в то же время оставляешь за собой право на ошибку. Не обязательное какое-то словосочетание, хитрое и не серьезное.

– Извините. – Кулаков насупился.

– Нет, Сережа. Это я не тебя журю, а русский язык.