Ева. Зов полуночи

Алекс на мгновение прикрыл глаза, а потом взял меня на руки и прижал к себе. Вынес из фургона. Пока шли, я разговаривала с ним, спрашивала, почему он стоял на дороге, заглядывала ему в глаза, трогала его лицо, плечи, торс, удостоверяясь, что с ним все в порядке, и не могла прекратить этого делать. Меня потряхивало от пережитого. Я не верила, что все закончилось. И когда он хотел усадить меня в машину Захара, не выдержала, обняла парня и расплакалась. Осознание произошедшего накатило волной. Я цеплялась за него, некрасиво шмыгала носом, всхлипывала, прижималась к его голой груди, вдыхала запах, который дарил спокойствие и уверенность, и не могла поверить, что все закончилось.

Он крепко прижал меня к себе, и я слышала, как громко и часто бьется его сердце.

— Как она? — появился рядом Захар.

— Нормально. Вроде ничего не сломала.

— Слава предкам, — облегченно произнес друг.

— Ты проверил тех, что на переднем сиденье?

— Да, они без сознания. Я связал их и забрал оружие.

— А сам-то где свой пистолет взял? Оказывается, ты неплохо стреляешь.

— Должны же у меня быть свои секреты, — усмехнулся Зах, но потом все же ответил. — У отца ненадолго позаимствовал.

Я прислушивалась к их разговору и потихоньку успокаивалась.

— Хорошо. Там наших не видно?

— Вроде нет, сейчас гляну. А ты бы пока оделся, что ли. Возьми в багажнике что-нибудь. — И хмыкнул: — Ев, я смотрю, тебе понравилось к голому парню прижиматься…

Я всхлипнула последний раз и опустила взгляд на голую грудь Алекса.

— О-о-ой, — покраснела и порадовалась, что на дворе ночь.

— Прости, не хотел тратить время на одевание после оборота, — усадил меня на переднее сиденье и подбадривающе улыбнулся, — в бардачке должны быть салфетки. — Я икнула. — Попей воды, там она тоже должна быть, — добавил сводный и направился прочь, сверкая в свете придорожных фонарей ягодицами.

Я зажмурилась, пытаясь привести мысли в порядок, и огляделась. Фургон врезался в дерево у дороги. Машина Захара, в которой я сейчас сидела, одиноко стояла на дороге со спущенными колесами — их успел прострелить автоматчик. Достала из бардачка воду и салфетки и начала по возможности приводить себе в порядок.

— Как ты? — ко мне заглянул Легкоступов.

— Все болит, но ничего серьезного. А ты сам как?

— Да что мне будет? Только моя девочка немного пострадала, — он похлопал машину по крыше. — Но ничего. Свожу на ТО — и будет как новенькая.

— Как ты здесь вообще оказался?

Захар вздохнул и нахмурился.

— Да, Зах, как ты оказался у нашего дома так вовремя и как узнал, что в фургоне увозят Еву? — появился рядом одетый в спортивные штаны и футболку Алекс и протянул мне куртку Захара.

Я с благодарностью ее приняла и закуталась — в одной легкой пижаме было холодно, и меня все еще внутренне колотило.