Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы

Лучше спасительное незнание, чем мрачные мысли о будущем.

Я остановилась у небольшого резервуара с лисцом. Черные трубки оплетали маленькое пушистое тельце, на мордочке застыла гримаса ужаса. Если даже эти существа не были разумными, то пушистика кто-то очень сильно напугал, прежде чем засунуть в банку.

Да и что за технология такая? Черные трубки не тянулись ко рту, они просто оплетали тело, словно срослись с ним. Щупальца уходили куда-то вверх, где крышку заменял странный кокон из того же материала, что и трубки. Био-инженерия? Этой темой я интересовалась мало, а о науке джамаков совсем не имела представления.

Мы свернули и пошли вдоль очередного ряда. Вдруг генерал резко остановился, и я последовала его примеру. Просто… Не смогла сделать следующий шаг. Из двух больших резервуаров на меня смотрели два очень знакомых существа…

Кощеевич. Его я бы узнала из миллиона людей его расы. Аше почти не изменился. Казалось, сейчас раскроет пасть, и снова послышится его визгливый голос. Степень сохранности говорила о том, что в лаборатории серый завхоз совсем недавно. Значит, с того момента, как к нам с Власовой приходила его подделка. Эх, Визгард… Визгард… Скорее всего, и деньги он собирал не для себя. Нерадостная судьба. Мало того, что тебя заставили работать на врага, так еще и в банку посадили!

Что-то мне подсказывало, что спешность изъятия агентов как-то связана с прилетом в академию эггеров. Да и последние джамаки – те, кто способен был раскрыть обман, покинули пределы нашей Вселенной именно тогда. Чем же отличаются отступники, и чего хотят?

Во второй колбе стояло существо, которое когда-то было настоящим Аувой Альгети. Черты лица прекрасного эльфа заострились, мышцы почти атрофировались, а кожа обтянула кости. Но его все еще можно было узнать по копне красных волос.

- Крас-с-с-сивый, правда? – спросил двойник экспоната.

Трудно не согласиться. Аува действительно был красавчиком. Когда-то.

- Почему ты выбрал его? – спросила я джамака.

А он посмотрел на меня так, как смотрели на конкурсанток эггеры, словно я грязь под его ногами и отвечать мне не имеет смысла, но генерал все же снизойдет.

- Теперь мы выс-с-с-сшие, и форма не имеет значения, но эта… - красноволосый кивнул на склянку с бедным Альгети. – Эта форма приятна моей Королеве.

Понятно. Здесь я имею дело с непомерно раздутым эго и… Неужели, проявлением чувств? Любовь по-джамакски? Самец хочет быть съеденным? Разве не его гибелью закончится страсть?

- Ты мечтаешь с ней… э-э-э-э… - тут я замялась, потому что «переспать» или «заняться любовью» совершенно не подходили. – Ты мечтаешь с ней быть?

Да, «быть» подходило гораздо лучше, но и имело слишком широкий спектр применения. Поймет ли меня таракан?

- С-с-секс-с-с… - усмехнулась копия Альгети.