Это! Моя! Земля!(СИ)

Мертвяки окончательно умерли, не успев толком ожить. Ну, и правильно. Нечего! Мертвый — лежи спокойно и не дергайся.

— У тебя там что? — оборачиваюсь я к уже переворошившему рюкзаки Бурову.

— Да ничего, толком, — отмахивается тот. — Самое ценное — само ружьишко да три десятка патронов к нему. Патроны, кстати, тоже фуфло. Половина — дробь на утку или зайца. Пяток пулевых да картечных несколько. Остальное — полный шлак: фляжки, фонарики, ножики складные. Всё дешевка страшная, будто на развале «всё по десять» закупались. И еще вот это… На, глянь.

Андрей протягивает мне тощую стопочку листов офисной бумаги с каким-то распечатанным текстом. Начинаю читать верхний и, презрительно скривившись и сплюнув, бросаю их в изрядно натекшую с тел лужу крови. Сколько ж я подобного бреда в свое время на разных форумах в Интернете перечитал? Эротические мечты чахлых пубертатных подростков на тему: «Вот придет полная задница, а я так — раз, и сразу стану крутым. Добуду у ментов „волыну“, начну „грабить корованы“, трахать манекенщиц и вообще»… А что «вообще», дети вы безмозглые, инфантильные? Откуда возьмутся силы на что-то, если вы на уроке физкультуры километр пробежать и десять раз на перекладине подтянуться не можете? Откуда «добуду „волыну“» и «грабить корованы», если огнестрельное оружие вы только в своем несчастном «Контр Страйке» и видели? С чего взяли, что «тупые менты», которые, в отличие от вас, хоть изредка, да на стрельбы ходят и службу со своим оружием несут постоянно, вам свои «волыны» вот так возьмут и на тарелочке с голубой каёмочкой подарят? Ну, вот, двое и решили «абсолютно реальный» сценарий в жизнь воплотить… И чем это закончилось? Да ничем, двумя уже начавшими остывать трупами у меня под ногами! Твою душу!

Начавшиеся было у меня рефлексии по поводу «слезинки младенца» прерывает стоящий снаружи на крыльце Солоха.

— Борян, давайте живее! Там со стороны торгового центра в нашу сторону хорошая такая толпа прет, особей так на пару сотен, навскидку. Видно, на выстрелы навелись.

М-да, пожалуй, пора делать ноги. Никаких дел у нас тут все равно не осталось: мертвяки окончательно упокоены, ружье и патроны к нему Буров прибрал, а больше тут ничего ценного или для нас интересного и не было. Значит — сворачиваемся.

— Тимуру — ни слова, — обернувшись пристально смотрю я в глаза «неразлучникам», спускающимся по лесенке в пять ступенек за мной следом.

Те только согласно кивают. Не стоит нашему татарину знать о том, кем на самом деле оказались нападавшие на нас «бандиты». Уж на что мы — упыри прожженные и циничные, и то как-то не по себе всем, и мне, и парням — по глазам вижу. А он — на десяток лет моложе и тех могучих говн, что и мы в свое время в Чечне, не хапал. Не нужно ему попусту нервы трепать.