Если желания не сбудутся

 — Соседка нервно вытерла руки о передник. — Слушай, Сима, у тебя нет случайно корицы? Очень надо, а в магазин совсем некогда.

Сима пожала плечами — да бог ее знает, эту корицу, есть она или нет? Был какой-то набор приправ, который она купила ради симпатичных баночек с разноцветными крышками, но из всех порошочков она использовала только перец и орегано и, что там есть еще, не помнит.

— Надо посмотреть. — Сима отступила в глубь квартиры, позволяя соседке войти. — Что-то есть, но именно корица…

Она ушла на кухню, лихорадочно вспоминая, как же зовут гостью, но так и не вспомнила, и от этого чувствует себя неловко.

— Ты понимаешь, Пашка мой просит яблочный штрудель, и я уже принялась тесто замешивать — а корицы-то нет, а какой же штрудель без корицы! — соседка оглядывает кухню. — Ишь, стерильность какая! Ты не готовишь?

— Нет.

Сима покупала готовую еду и просто разогревала. Вершиной ее кулинарного искусства был салат из плавленых сырков, яиц и майонеза, но и это блюдо она считала обременительным: варить яйца, тереть их, потом тереть сыр, добавлять чеснок, смешивать с майонезом… Долго и непродуктивно, и сам салат тяжело падает в желудок. Куда как проще залить кипятком овсянку, порезать помидоры… Ну, или супчик из пакетика, да в него перца добавить и кусочек плавленого сыра.

В общем, Сима всегда считала, что фастфуд рулит.

А тут — штрудель. Яблочный, надо же!

— Пашка у меня очень любит выпечку, вечно ноет: Юлька, испеки! Ну, а я что… я пеку.

— Вы не работаете?

— Нет, зачем? — Соседка улыбнулась. — Пашка зарабатывает, и мне покупает все, что попрошу. Раньше-то я работала, технологом на хлебозаводе. Как вспомню — так вздрогну: каждый день тащиться к семи на работу, и целый день — то одно, то другое, покоя не было, одни сплошные нервы. А потом Пашка сказал: сиди дома, сколько можно! Тут он прав, нужды в моей зарплате никакой не было, вот я и решила не мучить себя. Теперь все технологии у меня на кухне.

Сима покивала — ну да, как же. Наверное, можно и так. Сама она представить себе не могла, чтобы вдруг, ни с того ни с сего, стала жить с каким-то чужим, абсолютно левым чуваком, который мало того, что заставлял бы ее готовить вот хотя бы даже и штрудель, но еще и рулил ее жизнью, приказывая работать или не работать.

— Вроде бы это корица…

Баночка с коричневым порошком выделяется светло-коричневой крышкой, запечатанной шелестящей пленкой — набор специй был куплен буквально на той неделе, да так и стоял в шкафчике.

— Точно. — Юля покрутила баночку в руках. — Ты отсыпь мне маленько, много не требуется.

— Да забирай банку, потом вернешь.