Если враг не сдается

— Садись, — оборвал его ротный, приготовив для подчиненного слегка смущенную доверительную улыбку, стараясь выглядеть больше товарищем, нежели командиром. — Тут вот какая штука... — Андрей затягивал слова и отчего-то держал в голове «Аспиранта». — Когда я заступил дежурным по части, вдруг позвонил начальник штаба в/ч 1286-Р Дмитрий Румянцев, спрашивал, когда ты явился в часть. Понимаешь, Сашка, ошибка у них вышла. И ты мне ничего об этом не сказал.

По-детски полные губы капитана Шарова слегка приоткрылись в улыбке.

— Когда я учился в бурсе, тоже куролесил дай бог. Никогда не сдавал товарищей, и они меня тоже. Да... Тут вот какая штука. Если бы эншэ просто спросил, когда ты явился в часть, я бы сказал ему правду. Но он приоткрыл карты, и я соврал. Это останется между нами, Сашка, я не дам ход этому делу, ничего не скажу особистам, однако ты мне должен ответить тем же — правдой. Где ты пропадал три дня? Я, как начальник штаба, дам тебе маячок, чтобы уравнять шансы, — дома ты не был. Ну, так где ты пропадал?

Дома не был...

«Да, мам, со мной всё в порядке. Если кто-то будет спрашивать меня, ты меня не видела, поняла? Так надо... Да, скажи, что я не приезжал...»

— Извините, товарищ капитан...

— Ты не извиняйся, а скажи правду. Проверять не стану, просто в глаза твои посмотрю.

— Мне стыдно — честно... Короче, в поезде я познакомился с парнем, его Игорем зовут, фамилия Батерский, он из Самары. Разговорились... выпили — чего уж там, — и он мне предложил провести «неучтенку» у него дома.

— Адрес-то его запомнил?

— Конечно! — горячо откликнулся сержант. — Улица Гагарина, 29, квартира 36. Четвертый этаж.

— А почему к родителям не поехал? Была ведь такая возможность.

— Патруля побоялся. Хотя нет, не патруля, а эту учебку, вашу часть потерять.

— Ладно. Верю. Еще один вопрос: дома у твоего попутчика ничего лишнего не произошло?

— В каком смысле — лишнего?

— Бывает, солдаты девчонок насилуют.

— Да нет, что вы! Просто отдохнул. Вино пил, телевизор смотрел, пару раз в город выходил.

— Я вижу, — усмехнулся капитан, успокаиваясь, — этот отдых проявляется всякий раз, когда я тебя бужу. Издергался, а, Сашка?

— Вы правы — извелся вконец. — Литвинов выдохнул уже облегченно. — Если честно, товарищ капитан, то боялся именно звонка майора Румянцева или подполковника Дичева."

"Он без труда припомнил облик командира части: коренастого, с густыми бровями; Дичев, словно оправдывая свою фамилию, нередко выезжал в степь пострелять сурков и степных лисиц — и непременно со своей хортой борзой. И ружья у него были классными: например, Holland & Holland 12-го калибра. Будущему снайперу довелось подержать это ружье в руках. Шедевр — больше слов не находилось. А Дичев, видя восторг курсанта, подначивал: «Ну че, мазила, хочешь стрельнуть?» И ржал как конь.