Если ты осмелишься

Свитер, кардиган, длинная юбка и волосы, собранные в тугой пучок. Все это должно было сделать меня невидимой. Очевидно, это не сработало.

Здесь они ничего не могут мне сделать. Днем мы на людях. Они просто пытаются меня напугать.

Прежде чем я успеваю подойти к стойке и девушке, ожидающей свою книгу, меня окликает леденящий душу голос Трея.

— Вайолет! Нам здесь нужна помощь.

Я замираю на полпути между ними и студенткой. Ее широко раскрытый взгляд устремляется к Дьяволам и обратно ко мне, прежде чем она бросается вперед, выхватывает книгу из моих рук и, пробормотав “Спасибо”, выскакивает из комнаты.

Пока я застываю, Трей расплывается в кошачьей улыбке.

— Иди сюда, красавица. Мы не будем кусаться. Слишком сильно.

Все они наблюдают за происходящим с кровожадным весельем. Все, кроме Уэса.

Его голубые глаза впиваются в меня, но он почему-то не в восторге от тех мучений, которые они собираются причинить мне на этот раз.

У меня нет выбора. Если я не подчинюсь, какое бы наказание они ни назначили в следующий раз, оно будет еще хуже.

Я медленно подхожу к ним, надеясь, что Эдит выйдет из кладовой и позовет меня. В дверь вбежит студент, которому нужна моя помощь.

Но здесь по-прежнему тихо.

Когда я приближаюсь, Трей похлопывает себя по коленям. Тошнота подкатывает к животу. Я сопротивляюсь, но теперь я слишком близко. Он хватает меня за запястье и притягивает к себе, моя задница оказывается прямо над выпуклостью в его штанах. Между нами ничего, кроме его джинсов и моей тонкой юбки.

Я зажмуриваю глаза, но это не мешает мне слышать низкий стон, срывающийся с губ Трея.

Я сглатываю желчь и отваживаюсь взглянуть в сторону Уэса.

На его стиснутой челюсти дернулся мускул, его взгляд расплавил меня и Трея бушующим жаром лавы. Это даже не моя вина, и он собирается наказать меня за это.

Справа от Трея Броди ухмыляется, прежде чем его рука опускается на мое колено, поднимаясь все выше и выше, чтобы заглянуть под юбку.

Мои ноги сжимаются вместе, и они хихикают. Слезы застилают мне глаза. Им все равно, где мы находимся и кто может увидеть. На этот раз они не стали надевать маски. Они знают, что им сойдет со мной с рук все, что они захотят.

Трей вытаскивает резинку из моего пучка, волосы волнами спадают мне на плечи.

— Надо было завязать хвост, чтобы мы могли стянуть его. — Мой желудок скручивает, когда он толкает меня на колени Мэйсона, костлявые и болезненные. — Станцуй с ним приватный танец. Он все еще девственник.

— Я не такой, — кипит он. Руки Мейсона, массивные, несмотря на его худощавое телосложение, тянутся прямо к моей груди, сильно сжимая ее поверх свитера и заставляя меня вздрогнуть.

Я прижимаюсь спиной к его груди, пытаясь избавиться от боли, но он только сжимает сильнее.