Если ты осмелишься

У него перехватывает горло, дыхание под маской становится неровным.

— Тебе это нравится. Не так ли? — Палец внезапно скользит вниз между моих ног, в шорты, и проводит вверх.

Я вздрагиваю и задыхаюсь, неожиданное удовольствие электризует меня.

Одним этим движением вдоль моих трусиков он точно понимает, насколько я влажная для него.

Он тянется к ширинке и одергивает ее.

— Эй! — Кричит властный женский голос.

Уэс замирает, когда по лесу пробегает луч света.

За исключением того, что сумасшедшая половина моего мозга кричит ей, чтобы она оставила нас в покое.

Прежде чем луч фонарика падает на него, Уэс снимает ремень с моего горла, слезает с меня и убегает.

Вайолет Харрис уничтожила меня. Я больше ни на чем не могу сосредоточиться. Не на занятиях, о которых мои профессора постоянно напоминают мне, что я не могу отлынивать только потому, что я выпускник. Не на тренировке, которая доводит тренера до гребаного срыва каждый раз, когда я проваливаю игру или пропускаю легкий гол. Не в игре, даже когда я нахожусь в самом ее гребаном разгаре.

— Новак! — Тренер перекрикивает шум толпы и вопли парней на льду. — Смотри на шайбу!

Я замечаю её под контролем "Ястребов" и жажду обыграть игрока своей клюшкой.

Лицо Вайолет продолжает всплывать у меня в голове. Ее маленькое тело извивалось и жаждало меня, пока я прижимал ее к земле в лесу, обмотав свой ремень вокруг ее горла. То, как задрожали ее ноги и закрылись глаза, когда я провел пальцем по ее киске и почувствовал, какой чертовски мокрой она была для меня.

Один из "ястребов" подставляет мне плечо, и я бросаюсь за ним, напрочь забыв о шайбе. Я врезаюсь в него сзади, отправляя лицом на лед. Он приземляется с глухим стуком и стоном.

— Новак! — Люк кричит из-за сетки. — Где твоя голова?

Снова в том лесу с Вайолет. Слушаю, как она говорит мне, что хотела бы, чтобы это была она, а не Хлоя.

Но что-то оборвалось во мне еще до того, как эти слова слетели с ее губ. Когда я увидел, что ее держат и окружают мои люди, все они лапают и пялятся на нее, я чуть не потерял самообладание. Что не имело никакого чертова смысла. Я позволил Трею и Броуди поставить ее на колени передо мной. Я приказал им надеть маски для ночной охоты. Сказал им преследовать нашу добычу.

И все же в ту секунду, когда они заманили ее в свою ловушку, я чуть не оторвал каждому из них гребаные головы.

Именно эта мысль пронеслась у меня в голове.

Шайба пролетает мимо моей головы, над рукой Люка и попадает в сетку. Половина зрителей стонет, другая приветствует. Тренер плюется, его лицо багровое, когда он кричит на меня. Я капитан. Я должен поддерживать это дерьмо в рабочем состоянии. Я подвожу его, свою команду, самого себя.

Потому что я не могу выкинуть ее из своей гребаной головы.

Я снова следил за ней.