Если желания не сбудутся

Бережной вышел, осторожно ступая среди разбросанных вещей, чтобы не нарушить целостности картины. Реутов с тоской подумал, что торчать ему сейчас в этой клоаке несколько часов, а то и до утра, ведь обязательно нужно найти то, что убитая прятала в своей квартире, — ну, кроме трупа.

— Извини, Дэн, но что-то меня плющит не по-детски. — Семенов виновато взглянул на коллегу. — Всякое видел, но такое…

— Перестань об этом думать и давай поищем, пока не нагрянула остальная кавалерия и не начала путаться под ногами. — Реутов вспоминает стерильную квартиру Симы и вздыхает. — Открой форточку, что ли, я скоро от этой вони скончаюсь.

Семенов с готовностью бросился открывать форточки, а Реутов прошел в следующую комнату. Здесь царил такой же беспорядок, а кровать с грязным свалявшимся бельем свидетельствовала о том, что старуха спала именно здесь. И судя по грязным чашкам и тарелкам, во множестве расставленным по всем доступным поверхностям, ела она тоже здесь.

Морщась от отвращения, Реутов сбросил на пол подушку, одеяло, туда же полетели простыня и матрац. Под матрацем оказалась панцирная сетка, проржавевшая и продавленная, и в самой нижней ее точке лежали картонные папки, туго чем-то набитые, на первый взгляд — бумагами. Реутов достал одну и открыл.

Папка была набита не бумагами, а долларовыми купюрами, лежащими между листков бумаги.

Реутов взял один из листков — стандартный лист канцелярской бумаги, исписанный мелким почерком."

"— Да она тут записывала все, что видела! — Он присвистнул. — Люди за птицами наблюдают, а эта ненормальная наблюдала за соседями!

Он перебирает страницы, исписанные мелким почерком с чудовищными ошибками, и понимает, что завтра же засадит Семенова разбирать эти записи, Семенов очень хорош в таких делах: въедливый и внимательный, он составит хронологию событий, происходивших в этом подъезде за последние несколько лет.

И тогда станет ясно, у кого был мотив.

А сейчас надо пройтись по квартирам и осмотреть руки всех жильцов. У кого-то из них на ладонях должны быть ссадины от проволоки.

* * *Сима долго не могла уснуть.

Таня уже сопит на своей половине кровати, а Сима все вспоминает — тело старухи, визг соседки, снова полиция. И майор Реутов, невероятный красавчик, даже в кино она такого не видела.

Сима вздохнула и перевернулась на другой бок.

Конечно, он женат. У него на безымянном пальце блестит обручальное кольцо, и Таня права, его жена, должно быть, необыкновенная.

Он умный, надежный, и он не спаниель.

Сима презирает мужчин-спаниелей — всех этих «прекрасных семьянинов» в шлепанцах и растянутых домашних штанах. Она их навидалась во множестве, таких положительных, трусливых, неспособных на поступок, на хоть что-то помимо их домашнего мирка.