Если желания не сбудутся

Виктор надеялся, что его знакомый сдержит слово и они найдут в баках то, что он просил обеспечить. Знакомый не подвел — прямо у них на глазах мальчишка в форме работника супермаркета вывалил в бак два ящика с какими-то упаковками.

— Да тут настоящий клад! — ахнул Палыч. — И нет никого.

— Сейчас набегут. — Виктор воровато огляделся. — Тут не заржавеет.

— Погоди, я тележку притащу, а ты посторожи.

Палыч нырнул за кусты и вскоре вернулся с тележкой:

— Грузим.

Они вместе быстро побросали упаковки в тележку, и Палыч блаженно вздохнул — успели.

— Теперь ноги в руки. — Виктор снова огляделся. — За тележку-то, если охрана увидит, нам кирдык будет. Лещей надают, и ходу сюда больше не будет, начальник охраны тут зверь просто.

— А мы не пойдем через стоянку, спускайся к реке, пройдем по набережной. — Палыч со знанием дела намечает маршрут. — Где твой знакомый с пойлом?

— Идем. — Виктор толкнул тележку. — Это ты хорошо придумал, если не тащить все это в руках, то идти можно, хоть и далеко. А я вот смотрел на эти памятники и думал: а мне не поставят. Зароют где-нибудь в овраге, как собаку… Слушай, а если спросить у этого парня, что делает памятники, может, работенка у него найдется?

— Да его убили на прошлой неделе. — Палыч нагнулся в тележку и достал бутылку йогурта. — Выпью, пить хочется."

"— Да пей, полно его, пить нужно, пока не забродил, просрочка все-таки. — Виктор тоже взял такую же бутылку. — Убили, говоришь?.. Вот жаль. А я думал, может, есть работа какая.

— Да, парня жаль, молодой совсем был, а пристрелили его как собаку, прямо у ворот… — Палыч скорбно покачал головой. — Машина долго стояла, ждала его, видать. В машине двое сидели, но я только одного видел, он отлить выходил. Здоровенная у него татуировка на плече, странная такая. Он в майке был, в тот вечер тепло было, и я татуировку рассмотрел — как у этих, знаешь… самураев.

— Якудза?!

— А, ну да, слово забыл просто. — Палыч бросил пустую бутылку в кусты. — Я аккурат за теми могилами спал, но проснулся, когда он вышел из машины, дверца хлопнула. Вот он отлил, а тот, второй, окно в машине открыл и говорит: садись, не высовывайся. А этот отвечает: не в машине же мне ссать! А этот, что в машине, выругался.

— А ты его видел?

— Нет, не видел, только слышал. Да оно и темнело уже. Парнишка тот вошел в ворота, машина двинулась, он обернулся — и тот, с татуировками, выпалил в него, потом вышел из машины и порылся у него в карманах, но ничего не нашел, потому что выругался злобно так… — Палыч зябко поежился. — Я его тут и раньше видел, он к директору кладбища часто приезжает. Жалко парнишку, пристрелили как собаку и уехали. А вчера этот татуированный снова к директору приходил.

— Интересно зачем.

— Да уж есть у них свои дела, в которые нам с тобой соваться незачем.