Если бы меня спросили

Девушку с уникальным даром, бесстрашную воительницу, гордую и отчаянную, смело встающую на борьбу со злом. И назвать её Ирке.

Над ней и работал.

17

«Лиф из красной кожи, — писал Вадим в техническом задании 3D-дизайнеру по визуализации персонажей, — каштановые волосы, густые, длинные».

«Словечки добавь позабористей, но без загибов Петра Великого, без грубости», — давал указание парню, работающему с диалогами.

— Шеф, нам придётся всю вертикалку переделывать, если вводить её в презентацию, — вздыхал программист. — И вообще, баба-ведьма ну такое клишированное клише.

— А бегающий с мечом мужик — типа оригинальная идея, и нигде такого нет, только у нас, — хмыкал Воскресенский. Он хотел пуститься в пространные объяснения, почему она им нужна, но не стал. — Просто доверься моей интуиции, — ответил он и повесил трубку.

Интуиция же тихо нашёптывала Вадиму, что он намеренно затягивает оформление бумаг и радуется каждой вынужденной задержке, потому что не знает, как жить без своей ведьмы.

Но уехать всё равно придётся — на лето запланирован запуск тестовой версии, и Вадим должен находиться в офисе, чтобы не слить в унитаз уже вложенные в проект двадцать миллионов долларов и свою карьеру заодно. Это, чёрт побери, давило.

А ещё давило, что наладить отношения с отцом, ему так и не удалось. Стало только хуже.

— Ну что всё, теперь это твой дом? Бумаги подписаны? — вошла в кухню жена отца, Ольга тварь Александровна, и на ходу запахивая халат, накинутый на голое тело, направилась к кофемашине.

Отца не смущало, что она вставала к обеду, весь день ходила не чёсанная в носках и халате, сидела перед телевизором с заказанной пиццей, ролами или китайской едой, тоннами скупала на маркетплейсах всякий хлам, коробки с которыми порой так и стояли не распакованными, а курьеры приезжали к ним каждый день как на работу.

Да наверное, и не должно было, ведь это видел только Вадим. К приезду отца его жена принимала ванну и парикмахер-визажист, что тоже приезжала к назначенному времени каждый день, приводила её к вечеру в божеский вид.

Вечером они с отцом ездили «дышать свежим воздухом», как они называли свои ежевечерние прогулки, как и положено беременной женщине. Ужинали в каком-нибудь хорошем ресторане, где она капризно выбирала что-нибудь низкокалорийное, гипоаллергенное и протеиновый десерт, как советовал её диетолог.

Вадим сходил с ними пару раз ещё до того, как разбил машину, а потом плюнул.

Ещё он слышал, как она рассказывала отцу про йогу, где потянула мышцу, про боль в пояснице и визит к гинекологу, который пришлось перенести, потому что у неё не было машины, а его администратор отказалась прислать за ней служебную.

— Ты же знаешь, как я отношусь к такси, — тоном профессиональной лгуньи возмущалась она.