Ещё один человек

Ему проще сделать. Он чем два дня с риском по городу ездить — лучше неделю посидит в мастерской. Вот увидишь — броневик он себе сделает — именно для поездок за добычей… боится он этого, и не любит. Ну… Альба, там что-то еще осталось?

Альба, в силу комплекции, наверное, практически и не пьяный, сказал, что тут больше нет, и Асакура, вздохнув, полез в закрома за еще одной фляжкой настойки… Стали обсуждать действия военных в первые дни, и Асакура поведал, что выжигание заразы — метод древний и проверенный. В качестве одного из примеров привел Великий Лондонский пожар — тогда, в одна тысяча шестьсот шестьдесят шестом году выгорело тринадцать тысяч домов. Но при этом выгорели и кварталы, где уже год свирепствовала чума — и на этом ее эпидемия в Лондоне фактически прекратилась. Так что использование таких дедовских методов — мера вынужденная, но вполне объяснимая…

После «По танку вдарила болванка», и «Чорного ворона» Даша сказала, что все, и вообще, пора. Альба, уже таки малость пришедший в кондицию, недовольно поморщился — штыковая атака на маринованный подосиновичок в миске явно не удавалась… а ложка лежала невероятно далеко, сантиметрах в тридцати. Голый по пояс Асакура попеременно и весьма старательно чистил пулемет и точил меч. Даша все думала — перепутает он, и начнет точить масляной ветошью, а чистить точильным камнем? Нет, вроде нет… Эх… хочется чего-то… то ли замуж, то ли семечек…

— Мальчики… я хочу чаю — капризно заявила Даша — с самовара!

— Оооо!!! Даааа!!! — радостно восприняли идею «мальчики», и непотребство вновь выплеснулось на улицу…

Чай из самовара имеет совершенно иной вкус. Особенно приятен свежий горячий чай из самовара, если питье его на улице, в прохладных апрельских сумерках. Выхлебав с вишневым вареньем здоровенную пиалу, Даша блаженно раскинулась в пластиковом кресле, накрывшись ватником. А мужчины, почти как в той комедии про армию, «после непродолжительного чаепития», стали употреблять «на посошок». Вскоре Даша подумала, что этот посошок явно принадлежит кому-то из скандинавских богов, или типа того. Ибо явно это был Посох Стратегического Назначения, и никак иначе. Наконец, она с Альбой собрались, и готовы были отчалить, при том Альба галантно взялся довести броневик до Митрича, естественно вместе с Дашей. Асакура же, сбросив накинутый на голое тело овчинный полушубок, заявил, что самое время настало «порубать лозу при луне». И взялся за меч.

— Оооо… нам пора — сообщил Даше Альба — Мата асита, Асакура-сан!

— Оясуми насай, Альба-сан! — возвестил Асакура.

Даша попрощалась, на что учитель сказал, что просто обязан ее расцеловать, что и выполнил, под сдавленные матюги Альбы, едва увернувшегося от меча, который Асакура так и не выпустил из рук.