Ещё один человек

И вот шарится он по кустам, а, говорит — жара, потный вес, морда в паутине, ветки царапают, под ногами бурелом, крапива жжется, еще муравьи… в общем — бесит все страшно. И вдруг — слышит от лодки лай, хороший такой, утробный. Ну, он обратно поперся — а все бесит больше и больше. А собака все лает да рычит. Тот уж матерится, и что-то его все довело — в натуральное, говорит, бешенство впал. Ножик выхватил, и вперед прет буром. И почти дошел уже — вдруг тишина. Вылез — смотрит, на полянке, метрах в тридцати, сидит здоровенный волкодав, черкесец. Рычит, но не двигается. А товарищ его в лодке, бледный. Отплыли, а потом уж рассказал тот ему, что было. На этом островке, как они потом узнали — хуторок. И волкодав тот естественно, остров своей территорией считал, а как иначе. Так вот товарищ и рассказал — мол, сижу, курю, вдруг — из кустов морда. На уровне моей, сидячей. Встала на берегу метрах в полутора, гавкнула, и рычит. А я, говорит, и двинуться боюсь — голый по пояс, руки пустые, ничего нету, весла привинчены… Мне, говорит, чтобы хоть что-то достать, или наклониться надо — к нему башкой получается, или назад откинуться — пузо ему подставить. А тот скалится нехорошо так, и двигаться вообще не хочется. И, говорит, даже крикнуть тебе страшно. Так и сидел, не шелохнувшись. И тут, говорит, слышу — треск, хруст, рычание и матюги. Собака так чуть башкой повела, — рычит, и опять на меня… Ну, думаю — сейчас выйдешь, порвет же тебя. Прикинул, как успеть до ружья дотянуться, если что. И тут… собака вдруг уши прижала, оскалилась, тихонько так зарычала… все, думаю, пиздец пришел. Только бы, думаю, успеть руки выставить, хер с ними с руками… А тут пес прижался, да как рванул прочь! Я говорит в ахуении, а тут скоро и ты выполз, и видок такой, что и мне рвануть захотелось не меньше чем собаке. Видать, почуял волкодав, что ненароком может и пиздец прийти вот прямо тут и сейчас. Вот такой рассказ. Так и твой морф тоже, видно, почуял что.

— Эвон как. Ну, да, наверное.

— Ты только не заигрывайся. Охота на них дело же опасное.

— Да знаю… Оборудоваться надо. И помощь. Раньше, сколько-то раз, с машины удачно… ну, по-разному, но все же — и все в одном месте, как специально, охота.

— Это где? — вклинивается майор — у больницы Карла-Маркса?

— Ага. А что, там что-то необычное? Там как гнездо у них… Это бандиты что ль эти?

— Нет. Бандиты вроде и сами от них терпели, детишки конечно не пленные, но рассказывают много — кстати, к тебе полезли за машинами, говорят. Ленивые они были, бандиты — бесхозного полно, но надо же найти, зачистить, в порядок привести. А им проще отнять. Было. Да, так про морфов — там, на Тореза, сектанты какие-то обитали. Короче, как началось — они и совершили массовое самоубийство, похоже. Чем кормовую базу морфам и дали.