Есенин: Обещая встречу впереди

И Сергей идёт! К женщине, с которой только что проговорил всю ночь и которую снова готов полюбить.

Являются они не вовремя: Снегина только что получила известие о гибели мужа на фронте.

В бешенстве она обзывает дезертира Сергея «трусом».

Визитёры уходят в кабак.

Едва начавшийся роман со Снегиной обрывается. Лето Сергей проводит, ходя на охоту. За этим занятием поэт пропустил ещё одну революцию.

На мельницу к нему является Прон: «Дружище! / С великим счастьем! / Настал ожидаемый час!»

Брат Оглоблина, лентяй и трепло Лабутя, первым едет описывать снегинский дом.

Анна всё это воспринимает совершенно равнодушно.

Сергей вскоре уезжает в Петроград — и отсутствует в деревне шесть лет, то есть до 1925 года.

Мельник снова зовёт его в гости.

У него сюрприз для Сергея — письмо от Анны, давно уже эмигрировавшей:

«Я часто хожу на пристань,

И то ли на радость, то ль в страх,

Гляжу средь судов всё пристальней

На красный советский флаг.

Теперь там достигли силы.

Дорога моя ясна…

Но вы мне по-прежнему милы,

Как родина и как весна»…

В «Анне Снегиной» Есенину удалось всё.

И действие — с безупречно прописанным, продуманным сюжетом.

И картины революционного переустройства — начинающиеся с раздора и разора, но обернувшиеся тем, что спустя шесть лет о Советской России можно сказать: «Теперь там достигли силы». И, значит, Ленин был прав.

И характеры поданы легко, но ёмко — от эпизодического возницы и добрейшего мельника до братьев Оглоблиных: буйного, но не за себя ратующего Проши и никчёмного, тут же присосавшегося к большевикам Лабути, спрятавшегося в соломе, когда явились белые и увели на расстрел брата.

И, конечно же, удивителен образ Анны Снегиной, предвещающий, заметим, другой классический текст — повесть Леонида Леонова «Evgenia Ivanovna», написанную с безусловной оглядкой на есенинскую поэму и вышедшую почти 40 лет спустя.

У Леонова молодая женщина схожей со Снегиной судьбы оказывается за границей. Мыкается и тоскует там, мечтая вернуться в Советскую Россию, но отчего-то не решается на это и в конце концов умирает.

«Дорога моя ясна…»"

"Именно здесь, читая поэму, можно разрыдаться.

* * *

9 января на Первом всесоюзном совещании пролетарских писателей о Есенине говорили куда больше, чем о любом правоверном большевистском поэте. Споры стояли — до искр!

Тональность задал Воронский, которого за пособничество «попутчикам» явственно отжимали от руководства «Красной новью».

То, что Есенин отдал «Песнь о великом походе» его конкурентам в журнале «Октябрь», Воронского задело; но он был слишком умён, чтобы выказывать обиду напрямую.