Есенин: Обещая встречу впереди

Тем не менее на лето, чтобы ученицы не маялись в городе, власти предоставили им дом отдыха — бывший помещичий дом в Литвинове. Ирма проводила там занятия.

Туда, сразу после визита Есенина к детям, они с Айседорой и направились.

Она десять раз обещала себе, что расстанется с этим несносным ангелом; он тысячу раз клялся, что бросит её немедленно, — и ничего подобного.

Машина по дороге сломалась, оставшуюся часть пути пришлось добираться пешком по бездорожью и в полной темноте.

Уже опасались потеряться, но вдруг увидели свет факелов и шум.

Обеспокоенные ожиданием, дети пошли искать их — конечно же, под руководством директора дома отдыха.

Во всём этом есть что-то символическое — после долгих скитаний, едва не потерявшись посреди русского поля, увидеть при огнях совершенно счастливые детские лица.

Девочки несли красное знамя.

Ученицы, облепив приехавших, с восторгом разглядывали Айседору и Сергея и вдруг — в этом не было ни грана почти неизбежно подозреваемой сегодня пошлости — хором запели «Интернационал».

Тронута была не только Айседора, едва сдержавшая слёзы, но, кажется, и Есенин.

Наутро дети не дали им толком выспаться — разбудили и позвали на показ того, чему за полтора года научились.

Шнейдер напишет, как «взволнованно смотрела Айседора на танцующих детей» и «по-детски радовался Есенин, хлопая руками по коленкам и заливаясь удивлённым смехом».

Они жили там несколько дней в радости и, придётся заметить, в трезвости — умиротворённые и несколько даже удивлённые тем, что всё так хорошо.

Есенин часто читал стихи, причём неважно кому — Ирме, Шнейдеру, персоналу дома отдыха; дети запомнили его, читавшего где-то посреди парка: он словно возвращал себе ощущение голоса, звучащего в родном пространстве.

Голос звенел.

Неужели и впредь всё будет так же?

Дело ведь не совсем в том, что Есенину некуда было идти и негде жить; в конце концов он мог как-то выведать, где Толя оставил ключи от Богословского, и переехать туда. Нет, он осмысленно остался с Айседорой, словно пробуя: может, всё-таки получится?

На второй день своего пребывания в Литвинове Есенин сообщил Шнейдеру, что собирается вступить в Коммунистическую партию.

Сказал: «Вступлю обязательно».

В этом намерении просматривается его не просто жизненная, но и поэтическая стратегия.

Это было безусловным итогом его поездки по заграницам.

…Через пару дней начались дожди, и Сергей с Айседорой вернулись на Пречистенку.

Разбирать бесконечные чемоданы.

* * *

Первыми, с кем Есенин стал встречаться, вернувшись в Москву, были, естественно, друзья-имажинисты. Одновременно он вплотную занялся восстановлением отношений с крестьянскими сотоварищами.

Есенин желал выстроить новую партию: блок имажинистов и крестьянских поэтов.