Есенин: Обещая встречу впереди

При этом с точки зрения поэтической композиции никакой спешки читатель не чувствует. Поэт не обязан соответствовать исторической хронологии. То, что у него первым месяцам восстания посвящено больше половины поэмы, а на сам трёхлетний чудовищный и огромный бунт остаются считаные странички, значения не имеет.

Лирическая тема заявлена — происходят развитие и катарсис — тема закрывается.

Другой вопрос, что в качестве драмы, на сцене, ставить сочинение Есенина — задача почти невозможная."

"Развитие лирической темы там есть, а сюжет непосвящённому человеку едва понятен.

Некий Пугачёв сначала общается со сторожем о тяжести казачьей и вообще народной жизни, а вскоре объявляет себя Петром III; затем из монолога Хлопуши мы узнаём, что Пугачёв уже окружил Оренбург, следом из монолога Зарубина — что идёт на Казань. А дальше Пугачёва предают соратники.

Как изображать этот бунт на сцене, совершенно непонятно.

Герой у Есенина один — сам Пугачёв. Хлопуша, Творогов, Зарубин едва намечены, у остальных — только фамилии. В сущности, пугачёвцы неразличимы, они — просто хоровод вокруг Емельяна.

Но кто такой Пугачёв? Для Есенина достаточно, что он — тоскующий и желающий правды человек, которого схватили вчерашние братья по оружию и выдали на казнь.

Что, русские люди не знают, кто такой Пугачёв? Отлично знают. Ну и всё тогда. Вот, держите.

В итоге сложно и поэму не оценить, и режиссёра не пожалеть.

Есенин очень хотел, чтобы «Пугачёва» поставил Всеволод Мейерхольд.

Но как это сделать?

В «Пугачёве» элементарно мало текста — всю драму можно прочесть за 15 минут. А дальше что?

Если бы кто рискнул что-то дописать от себя, добавить реплику-другую, Есенин бы очень рассердился.

Но нет текста, нет движения, нет событийной канвы.

«Пугачёва» поставят на Таганке с молодым Владимиром Высоцким в роли Хлопуши (да-да, он кричит: «Пр-р-роведите меня к нему! Я хочу видеть этого человека!»). Интермедию сделает бывший имажинист Николай Эрдман, но Высоцкий по просьбе режиссёра Любимова допишет в есенинский текст несколько строф.

Вот была бы встреча! Если бы Есенин про это узнал, примчался бы в театр и метался бы за кулисами, крича: «Кто? Кто это сделал? Кто дописал мою поэму? Проведите, проведите меня к нему! Я хочу видеть этого человека!»

Вся труппа в ужасе попряталась бы. А Высоцкий бы вышел, конечно. Сказал бы, как он умел говорить — негромко, с лёгким, едва различимым вызовом: «Я».

Тут самое интересное и случилось бы.

* * *

Есенин проедет по маршруту Москва — Самара — Оренбург — Челкар [24] — Кызылорда — Арысь — Ташкент.

В этот раз путь не будет таким скорым, как тогда, в Ростов-на-Дону.

Четыре дня простоят в Самаре.

Покинут Самару, но встанут в Бузулуке — есть такой городок в современной Оренбургской области.